Молитвы на озере. Часть 5-я
Святитель Николай Сербский   14.08.2014
41. Господи, помоги радостно поститься и радостно уповать

Постом радую надежду свою на Тебя, грядущий Господи.

Пост ускоряет приготовление к пришествию Твоему, ожидание единственное дней и ночей моих.

Пост истончает плоть мою, чтобы оставшееся легче было духом освятить.

В ожидании Тебя не желаю кровью питаться, чью-то жизнь отнимая, чтобы радость ожидания разделили со мною и животные.

Но, воистину, не спасет меня одно воздержание от пищи. Даже если одним песком озерным питаться стану, не придешь Ты ко мне, если пост не войдет глубоко в душу мою.

В молитве открылось мне, что пост телесный - символ поста истинного, полезный начинающим в уповании на Тебя, но обременительный тому, кто только им ограничится.

Потому и приобщил я к посту душу свою, чтобы очистить ее от множества женихов дерзких и, словно невесту, приготовить для Тебя.

И внес пост и в ум свой, чтобы изгнать из него мечтания о мирском и разрушить все з!амки воздушные, возведенные из мечтаний этих.

Чтобы ум мой освободился от мира и приготовился принять мудрость Твою.

И внес я пост в сердце свое, чтобы умертвить в нем все страсти и пристрастия мирские.

Чтобы мир небесный неизреченно овладел сердцем моим, когда снизойдет на него Дух Твой пламенный.

И наложил я пост на язык свой, чтобы отвык он от многословия и воздержанно произносил те слова, которые прокладывают дорогу пришествию Твоему.

И связал я постом заботы свои, чтобы отогнал он их, словно ветер, отгоняющий туман. Чтобы не висели они пеленой густой между Тобой и мной и не возвращали к миру взгляд мой.

И пост принес в душу мою смирение пред миром тварным и нетварным и кротость пред людьми и всеми тварями. И влил в душу мою храбрость, о которой не ведал, пока вооружался был всем оружием мира.

Чем было бы упование мое без поста, если не пустословием, прошедшим чрез многия уста, пока моих не достигло?

Ложный пост сопутствует надежде ложной, отсутствие поста сопутствует безнадежности.

Но, словно колесо, идущее вслед колесу, истинный пост идет за упованием истинным.

Помоги мне, Господи, радостно поститься и радостно уповать, Радость из радостей и праздников Праздник, грядущий ко мне с улыбкой солнечной.

42. Господи, когда голубя кормлю, Тебя угощаю

Любовь моя бодрствует, не утомляется. Тот, Кого люблю и ожидаю, грядет ко мне в окружении свиты небесной. Как же спать мне и как бдение может утомить меня?

Бодрствую, слушая притчи людей и прислушиваясь к притчам тварей бессловесных: не угадаю ли в них тайное послание от любви моей?Не занимают меня притчи ради притч или ради сказателей их, только Тебя ради.

Словно человек потерявший голос и в поисках его слушающий чутко голоса чужие: не отыщется ли свой, он в каждом голосе находит лишь нотки своего, но ни в одном нет всей полноты его.

Словно человек, разбивший хрупкое зеркало и ищущий отражения лица своего в лицах людей, в животных и предметах, он всюду находит черты, сходные с лицом своим, но нигде не видит его в целости.

Вслушиваюсь в многоголосие, наполняющее вселенную, в надежде услышать голос любви своей. Вглядываюсь в образы, населяющие вселенную - от белой гальки на берегу озера до колесницы солнечной, в надежде увидеть образ любви своей.

И никто не обманывает надежд моих, но каждый в меру знания говорит о Тебе.

Когда людей спрашиваю, ответа от Тебя жду. В голосах тварей бессловесных к Твоему голосу прислушиваюсь. В красоте природы Твоей красоты ищу.

Когда люди задумчивым застают меня, кажется им, что мысли мои о них, я же о Тебе думаю. Когда видят усердие мое, думают, что ради них труды мои, я же ради Тебя тружусь.

Когда природа слышит имя свое на устах моих, кажется ей, что песнь моя о ней, я же о Тебе пою. Когда голубя кормлю, Тебя угощаю. Когда ягненка ласкаю, Тебя ласкаю. Когда солнцу улыбаюсь, улыбка моя сквозь солнце пробивается, пока не встретится с Твоей улыбкой. Когда лилию белоснежную целую, сквозь семь миров посылаю поцелуй к подножию ног Твоих.

Бдение любви моей идет об руку с молитвой веры и постом упования. И никто из них друг без друга не засыпает и не пробуждается.

Все дела ума моего вере служат.

Все дела сердца моего надежде служат.

Все дела души моей любви служат.

Когда голубя кормлю, Тебя угощаю, любовь моя.

43. Господи, Тебя день и ночь призываю

Никакого зла не могут причинить мне люди, если нет во мне места язвенного.

Видел я две пещеры: в одной из них обитало эхо, другая была нема. Посещали те пещеры люди: в первой дети любопытные толпились, перекликаясь с ней, другую же быстро покидали посетители, ибо не получали ответа.

Если изъязвлена душа моя, на всякое зло будет откликаться она. И стану посмешищем для людей, и всё больше будут они досаждать мне насмешками своими.

Но не смогут мне повредить злоречивые, если язык мой забудет произносить злые слова.

Не опечалят меня и насмешки, если нет насмешничества в сердце моем, чтобы отозваться, словно козий бубен.

Не отвечу я на гнев гневом, если гнездо гнева опустеет в душе моей и некому будет проснуться в нем.

Не уколет меня никакая страсть человеческая, если мои страсти превратятся в пепел.

Не огорчит меня неверность друзей, если Тебя избрал я другом своим.

Не сокрушит меня и неправда мирская, если изгнана будет неправда из мыслей моих.

Не соблазнят меня лживые д`ухи мирских наслаждений, почестей и власти, если душа моя будет чиста, как невеста, тоскующая о Духе Святом и Его одного приемлющая.

И никого не столкнуть людям в ад, если сам себя не столкнет. И никого людям на плечах своих не возвысить до престола Божия, если сам не возвысится.

Если не распахну окна души моей, никакая грязь не налетит в нее.

Пусть вся природа восстанет на меня, бессильна она против души моей, разве что до срока станет гробом тела моего.

Всякое семя посыпается навозом, чтобы скорее всходило и росло. Если душа моя, увы, оставит девство свое и примет семя мирское, должна будет принять и навоз, что мир бросает на свои нивы.

Но Тебя я призываю день и ночь: вселись в душу мою и затвори все входы от врагов моих. Соделай пещеру души моей пустой и немой, чтобы никто из мира не пожелал войти в нее.

Душа моя, единственная забота моя, будь на страже, различай голоса стучащихся в тебя. А когда узнаешь голос Хозяина своего, откройся и отзовись всей силой своей.

Душа моя, пещера вечности, не давай разбойникам входить в тебя и разводить костры свои в тебе. Храни безмолвие, когда разбойники ждут от тебя отклика. И жди терпеливо Хозяина своего. Воистину, придет Он.

44. Господи, очисти сердце мое от незваных гостей

Глубоко спускаюсь в сердце свое, чтобы увидеть, кто обитает в нем, кроме меня и Тебя, Господи вечный.

И со страхом нахожу странников многих, воюющих за раздел сердца моего. Все они, что от Адама наполняют души людские, нашли себе пристанище в моем сердце.

И понял я, отчего изнемогло оно и не может ни Тебя, ни меня принять в келью свою, но теснит нас, владельцев, к самому краю, на задворки имения своего.

Прежде чем выйти мне из утробы матери, мир с его желаниями вселился в меня.

Дорого, слишком дорого платил я миру за ласки его, всякий раз отрывая и отдавая ему частицу сердца, пока не предал ему все сердце свое и пока ласки его не исполнились горечи.

Жалуются старцы на лета свои, говоря: от многих лет состарились сердца наши.

Воистину, старцы, не от лет многих состарились сердца ваши, а от желаний многих.

И в уединении советую я сердцу своему: отойди от дня вчерашнего, ибо он уже отошел от тебя. Все предметы желаний вчерашних не увидели дня сегодняшнего: одни изменились, другие изуродованы болезнями, третьи мертвы. Так же как не существует и предмета завтрашних желаний твоих. Бичом своим время хлещет стадо свое, и от ударов истекает оно п!отом и кровью. А образы дня сегодняшнего искушают тебя, сердце мое, переполненное тенями умерших и новыми желаниями, которые завтра тоже в тени обратятся.

Не буд`и былых чувств, ибо они столько раз привяжут тебя к столбу времени, сколько раз ты разбудишь их, сердце мое. И станешь рабом времени и состаришься и умрешь прежде смерти.

Руби скорее узлы страстей, затянувшихся крепко от спутанных и привычных желаний и чувств. Нити желаний рубить легче, чем крепкие узлы страстей. Но и узлы должен ты разрубить; даже если кровь хлынет, должен, если хочешь нового младенчества и отрочества нового, более прекрасных и вечных, чем минувшие.

Изгони из себя мир, сердце мое, и, когда изгонишь, увидишь немощь его. И затем посмотри на себя и увидишь в себе силу несокрушимую. Мир кажется нам могущественным до тех пор, пока остаемся рабами его.

И станешь беспредельным, как вечность, и вечность вселится в тебя.

Триединый Господи, имеющий сердце, тьмой необъятое и свободное от мира, очисти сердце мое от незваных пришельцев, тьмой его испятнавших. Пусть сердце мое станет светлым, и тьма, беспомощно кружа вокруг него, не овладеет им.

Пусть сердце мое станет сердцем сына и господина, а не сердцем раба и вора.

Дай мне сердце Иисуса, вокруг Которого тьма напрасно ходила и войти не смогла.

О Царице красоты небесной, огради сердце мое заботой материнской!

Душе Святый всемогущий, оплодотвори сердце мое небесной любовью. Чтобы все, что родится и возрастет, было не от плоти и крови, но от Тебя, Душе Святый и Господь мой.

45. Господи, Царю мой, слышу шепот таинственный Твой

Спускаюсь глубоко в разум свой и нахожу в нем евреев, преграждающих путь Тебе, светоносный Царю мой. Весь мир наполнили они сказками о бегстве своем из царства фараонова, в плену которого и ныне остаются.

И вот рассмотрел я всех обитателей ума моего и воскликнул в отчаянии: это не я, и не Бог мой, и не Царство Бога моего!

Всё это образы и отголоски земные; чувства мои беспечные впустили их в душу мою, и нагромоздились они в ней.

А где же я? Где Царь мой и Бог мой? Где Царство Царя моего? Неужто в землю обетованную перенесли вы с собой царство египетское? И в град Царя моего - всю грязь нильскую?

Как же горька пища ума моего, если питается он тем только, чем чувства питают его! Отпечатки внешнего и образы земного, тени теней, размеров ужасающих; где мало света, там выросли пугающе огромные тени: неужели это мой ум? И открыл я, что труд разума моего всего лишь возведение призрачных зданий из призрачных теней.

И снова я рассмотрел поле ума своего, где с быстротой паучьей строились и рушились замки из теней, призрачней паутины, и опечалился и держал совет с собою.

Невозможна игра теней, если нет света, не разум ли мой свет этот? Не уменьшатся ли тени, если увеличится свет разума? Но и разум мой не одна ли только бессильная тень разума Божия?

Горько мне, если разум мой, расставшись с телом, останется в вечности один со страшным плетением своим!

И повторял я в одиночестве разуму своему: сейчас, когда я ничего не вижу, ничего не слышу, ничего не обоняю, ничего не вкушаю, ничего не касаюсь,- что сейчас наполняет тебя, если не призрачная игра теней и воспоминания о том, что ты слышал, видел, обонял, вкушал, чего касался,- все то, что ушло в прошлое, изменилось, исказилось, распалось, умерло? Отчего не похоронить тебе раз и навсегда мертвецов и не бежать, оставив их? Отчего замер ты, словно кладбище, на котором пляшут тени мертвых и которое ожидает новых мертвецов?

Как горний Иерусалим, град Царя моего, превратился в царство мертвых и свалку мира?

Царю мой, слышу шепот Твой таинственный и понимаю, вижу свет Твой и разумею.

И когда понимаю и разумею, радость наполняет слезами глаза мои, и восклицаю: спасение мое в Господе моем!

Он свет разума моего, которому был я сторожем нерадивым и дал пришельцам проникнуть и помрачить свет царский.

Поможет мне Господь, когда признаю, что нет другого помощника, и изгоню тьму и пришельцев темных из ума моего.

Пусть тьма кружит вокруг разума моего, но да не внидет в град Царя Света.

46. Господи, помоги душе моей покаянием возродиться

Глубоко спускаюсь в душу свою, чтобы посмотреть, кто рождается в ней и кто из нее исходит. Как пугает глубина души человеческой, Невесто Неневестная, когда человек решается заглянуть в нее! Сквозь свет и ад проникает взгляд мужественного, до белых, как молоко, хоров ангельских, что укрывают Тебя, словно одеяния.

В потрясении смотрел я на бесчисленные порождения души моей, которые в испуге разлетелись от меня, словно вороны с падали.

А душа моя лежала, словно распутная девка с базара вавилонского, забыв о Женихе своем.

В бессильном гневе начала оправдываться душа моя, по обычаю виноватого прежде обвинения оправдывалась, говоря: не рожаю ли я тебе сыновей? Не посылаю ли д`ухов?

Я же в стыд облекся и сказал: в том и есть погибель наша, что рожаешь ты мне сыновей, мне же Сын нужен, и д`ухов посылаешь, я же Духа взыщу.

Не сыновей родила мне ты, а рабов и разбойников. Не духов посылала, а грязных жителей адских.

Девой была дана ты мне под защиту, да приимешь во чреве от Духа Святаго и Сына мне родишь. Ты же, несчастная, не от Бога зачала, а от мира и родила не Бога - родила мир.

Зачем не дождалась ты Духа Божия в девственности своей, а приняла духов тьмы, которые в тебе размножились и поработили сердце мое?

Создана ты быть храмом Божиим, превратилась же в корчму придорожную, где пируют разбойники.

Зачем не родила ты Сына Мудрости, Который и тебе дал бы свет и голос, но родила сынов зла, которые, добравшись до ума моего, и тебе отплатили тьмой и бессловесноснем?

Се, какой плод родишь, таковым и питаешься. И все из тебя исходящее, приумноженное к тебе возвратится.

Душа моя, если бы ты знала, если б знала только красоту Девы Неневестной, Чьим образом должна была ты быть во мне! Как дивен и силен Дух, Ее осеняющий! Как прекрасен и величествен Сын, рождающийся в Ней! Поверь, кровью бы ты плакала, уродина моя, оттого что печать уродства своего и на тело мое ставишь.

Отказалась бы ты от нечистых духов, душа моя, и прогнала бы их в стадо свиное. И выгнала бы из дома порождение свое, помоями свиными питающееся.

И окадила бы дом ладаном благоуханнейшим, и осветила бы его свечами алтарными. И украсила бы его цветами и звездами. И Ангелы, подобно белоснежным одеяниям, окружающие небесную Госпожу свою, радостно навещали бы тебя, неся благовестие, от которого трепетала бы утроба твоя. Трепетала бы утроба твоя, словно горная роса утренняя под нежными прикосновениями лучей солнечных.

И возрадовалась бы ты, душа моя, среди блудных душ земных. И родила бы сына, который светом своим изгнал бы тени небытия из моего разума и огнем своим попалил бы желания мирские в сердце. И всю жизнь мою освободил бы от власти духов злобы, и всю ее покрыл бы плащом силы и славы Духа Святаго.

Вместо гнева вижу слезы в очах твоих и радуюсь, душа моя кающаяся.

Прислушиваюсь к молчанию твоему, в котором рождается бунт твой против себя самой. Покайся и возродись, душа, покайся, пока есть еще время. Облекись скорее в девство, скорее облекись, пока твоя временность запятнанная не стала запятнанной вечностью.

47. Господи, будь мне судией неподкупным и советником мудрым

Прииди ближе, прииди ко мне, величественный Д!уше Истины. Прииди и войди в душу мою полнее, чем входят в меня свет и воздух. Без света могу я провести всю ночь, без Тебя же на ложе опуститься не в силах. Без воздуха могу ступить десять шагов, без Тебя же и одного не сделаю.

Вселись в душу мою глубже, чем проникает мысль моя. И вся вселенная не сможет подвигнуть душу мою в девстве жить, если Ты не подвигнешь.

Мир сватает душу мою непрестанно, просит венчаться с ним. Сулит душе моей все богатства свои, только бы она перестала ждать Тебя. Белит все гробы свои, только бы уловить душу мою. Весь пепел свой на солнце выставляет, изливая на него лесть и величания, только бы соблазнить душу мою.

Яви, Д!уше Святый, все Свое сияние, чтобы познала душа моя, Чья она невеста.

Прииди ближе, прииди, сила Пресвятой Троицы. Войди в сознание мое глубоко, глубже, чем входят мысли и представления мирские. Как мудрая мать, зачавшая дитя, готовит и украшает колыбель сыну своему, так и Ты, чистота и красота, готовь и украшай разум мой для того, кто в нем должен от тебя родиться.

Многие мысли злые, словно змеи, притаились под колыбелью сына Твоего. И многие желания темные поднимаются из сердца в поисках колыбели царевича Твоего, ищут погубить его стрелами ядовитыми.

Защити колыбель разума моего и научи душу родить и младенца выхаживать.

Опусти тьму глубокую на пути зломысленных, идущих к новорожденному моему. И вознеси звезду светлейшую над дорогой волхвов, с Востока идущих, мудрецов истинных, спешащих к милому младенцу моему с дарами вечными - дарами веры, надежды и любви.

Прииди ближе, прииди, величественный Сыне Божий. Сойди глубоко в сердце мое, сойди глубже, чем любые чувство, желание или страсть мира сего сойти в него могут.

Сохрани сердце мое от торговцев и купцов, которым несть числа, легионами роящихся вокруг сердца молодого и неопытного. И научи его не обольщаться пестрыми мирскими приманками.

Вселись в недра сердца моего, стань его хозяином, Сыне возлюбленный, стань его судией неподкупным и мудрым советником.

Когда чистота души и мудрость ума овладеют сердцем моим,- воистину, всуе духи злобы будут изощряться, чтобы занять его.

И наполнится сердце несказанным миром небесным, и в одном хоре с Херувимами и Серафимами станет славить Бога.

И сторицей вернет долг душе и разуму, ибо, как равное им, равной мерой наградит их.

И наполнится сердце мое сладчайшей любовью ко Господу своему и состраданием и добром ко всем душам, в муках пребывающим и на земле, и во аде.

Прииди ближе ко мне, прииди, величественный мой Господи!

48. Господи, отверзи слух души моея

Все пророки от сотворения мира вопиют к душе моей, да станет девой и готовится принять Сына Божия в пречистую утробу свою.

Чтобы стала она лестницей, ею же снидет к человеку Бог, человек же взойдет к Богу.

Чтобы иссушила в себе море страстей кровавых, да человек-раб перейдет в землю обетованную, в землю свободы.

Мудрец китайский наставляет душу мою, да будет спокойна и недвижна и ждет, пока дао подействует в ней. Слава Лао-цзы, учителю и пророку народа своего!

Мудрец индийский учит душу мою не страшиться страданий, но упражнениями тяжелыми и непрерывными, молитвой и очищением подниматься к Всевышнему, Который выйдет навстречу душе и явит ей лицо Свое и силу Свою. Да славится Кришна, учитель и пророк народа своего!

Царский сын индийский учит душу мою очиститься от всех семян и посевов мирских полностью, отрешиться от всех змеиных соблазнов бессильной и призрачной материи и, когда исполнит сие, ждать, подобно пустой, бесстрастной, чистой и блаженной Нирване. Да славится Будда, царский сын и непреклонный учитель народа своего!

Персидский мудрец, грому подобный, говорит душе моей, что ни в одном из миров нет ничего, кроме тьмы и света, что должна душа от тьмы отделиться, как день от ночи отделяется. Ибо сыны света от света зачинаются, а сыны тьмы зачинаются от тьмы. Да славится Заратустра, великий пророк народа своего!

Пророк израильский вопиет душе моей: "Се, Дева во чреве приимет, и родит Сына, имя Которому - Богочеловек". Слава Исайе, прозорливому пророку души моей!

Небесный Господи, отверзи слух душе мой, да не останется глухой к пророчествам избранных Твоих.

Не убивай пророков своих, душа моя, ибо не они в гробах лежать будут, а убийца их.

Очистись и омойся, осветись и во свет облекись.

Смирись среди бушующего моря житейского и храни в себе заветы пророков своих. Всю себя предай Богу Вышнему и скажи миру: ничего для тебя не имею.

Праведники великие, избранные Твои, такие, как Иосиф праведный, суть лишь тени твои беспомощные, в тени Твоей ходившие. Ибо смертное рождает смертное и не рождает жизни. Говорю тебе, воистину, обманываются мужи земные, что они дают жизнь. Не дают они жизнь, но сталкивают в море красное и топят, покрывая тьмой, и делают обманом диавольским. Не будет жизни, душа моя, пока от Духа Святаго не придет. Не убивай пророков своих, душа моя, убийство - обман призрачный. Не убивай, ибо, кроме себя, никого убить не можешь.

Стань девой, душа моя, ибо душа девственная - единственная полуявь в призрачном мире. Полуявь, ибо явью станет, когда родится в ней Бог. Будь мудрой, душа моя, и прими сердечно дары драгоценные от мудрецов, с Востока пришедших, для сына твоего предназначенные. Не оглядывайся на Запад, где солнце заходит, не соблазняйся дарами призрачными и ложными.

49. Господи, укрой душу мою от многих очей недобрых

Укрой, Господи, душу мою от многих очей недобрых, когда рождается в ней мудрость Твоя. Огради ее от людей, уведи в вертеп пастушеский. Никто из смертных да не последует за ней, кроме тени одного праведника. В пещеру вифлеемскую каменную, что никогда не похулит имени Твоего, в ней да сокроется, готовая родить, душа моя.

Да останется она среди невинных ягнят и телят, от рождения своего предназначенных в пищу тем, кого они чище.

Пусть тихо мерцают над пещерой светила небесные и взирают с трепетом на скромный уголок вселенной, на пещеру богородную.

Да отступят цари земные, и мудрствующие маловеры да не приблизятся. Скромные пастухи ягнят и телят, окружив пещеру мою, будут смотреть, как небо отверзается, и петь с Ангелами небесными, когда душа моя родит спасителя моего. Да удалятся все, живущие временными спасителями и сиюминутным спасением.

Вед!и, Господи, светом Своим мудрецов восточных, пророков и святых к пещере души моей. Да принесут они три дара драгоценнейших от человечества восточного.

Первый дар - прозорливое знание о Тебе, превосходящее все знания мира.

Второй дар - пророческое ожидание рождества Твоего в чистоте девственной: пусть постится в пути носитель дара сего, да не помутится зрение его от пищи земной, и не потеряет он из вида звезду путеводную.

Третий дар - зрячая любовь к Тебе. Пусть носитель дара сего бодрствует в пути над даром своим. Да не преткнется сердце его ни о какой соблазн земной, да не закоснит он на поклонение новорожденному.

Воистину, одного из них будет сопровождать вся сила ума моего, вся сила мысли моей. За вторым будет следовать сердце мое со всеми желаниями его. Третьего в трепете будет ожидать душа моя, исполненная любви и благодати.

Но путники священные осторожны будут в пути своем, останавливаясь и расспрашивая, верен ли путь, которым идут, и ввергнут в опасность душу мою и первенца ее. Наивны они, словно голуби, о пути расспрашивая!

Но безгранично милосердие Твое и мудрость Твоя. Столетиями слагаешь Ты на Востоке дары драгоценные и не дашь носителям их попасть в руки разбойников.

От предвечности готовишь Ты рождение Сына в душе девственной. Не допустишь Ты убийцу-Ирода, от земли рожденного и от земли в Иерусалиме-граде коронованного, не очистившегося от зла египетского.

Укрой, Господи, душу мою от многих очей недобрых.

50. Господи, пробуди душу мою

На неуклюжих колесах тела странствует душа моя по миру соблазнов и обмана, пытаясь неповоротливостью и массивностью своей доказать свою значительность. Господи, как боязливо прилепилась моя душа к колесам бренным! В ослеплении своем думает, что, если сорвется с колес, падет еще ниже. Будто не в одном прахе пребывают и тот, что у дерева, и тот, что под деревом.

В страхе и неведении всецело предалась душа моя телу, лишь бы дольше и медленнее оно несло ее по дороге, в конце которой неизбежная смерть. Господство свое и реальность свою единственную телу душа моя уступила, уступила из страха и неведения. Уступила слепому зеркало, а слепой разбил его вдребезги.

Вспомни рождение свое, душа моя: была ты как луч солнечный, а тело твое - как свет месяца. Была ты чистой и ясной, как свет солнечный, а колеса твои - быстрыми, как молния.

Знала ты, что в тебе ценность, а не в колесах, что колеса - тень твоя. Страха ты не ведала, ибо прозорлива была и видела себя на крыльях силы и бессмертия.

Колеса неуклюжие, на которых влачишься ныне, по своей воле, по своему страху и неведению сама сотворила себе. Ни тебя, какой ты сделалась, ни тела твоего, каким ты его сделала, Господь не желал сотворить. Чтобы спастись от полумрака, в который желания тебя ввергли, погружалась ты в густой мрак, пока не помрачилась совсем и не отяжелела и не скроила себе наряд по мерке своей. И предала все достоинство свое рубищу бесформенному, лишь бы от страха тебя укрыло.

Вручила ты бытие свое тому, кто не мог сохранить его, и все потеряла; и сама, как и тело твое, стала призрачной и пугающей тенью. Ибо бытие - святыня, и только задумают вынести ее на продажу, покидает она и купца, и продающего и одинаково удаляется от них.

Потому, душа моя, не только существование телесных одежд твоих отрицал великий мудрец индийский, но и твое бытие, душа моя. Если же Бог сойдет в тебя и родится в тебе, возвеселишь ты печального мудреца индийского, сидящего на лотосе в раздумье, ибо вернешь ты утраченное бытие. Воистину, все бытие в Боге, и нет вне Бога бытия даже с зерно горчичное.

Вот, вижу в тебе один уголок, будто освещенную свечой пещеру в огромной, мраком окутанной горе. Чем дольше смотрю я на свет, в тебе сокрытый, тем больше напоминает он мне исконную, девственную красоту твою, душа моя. От созерцания сего разрастается свет, и все яснее проступает в нем чудный лик девический. Словно солнечный луч, облеченный в свет месяца.

В нем спасение твое, душа моя трепещущая. В нем жизнь твоя, все остальное - гибель. Если бы только ты могла раздуть этот малый свет в огромный факел и внести его в мои ум и сердце.

Воспряни, душа моя, и не отрывай взгляда своего от пещеры, где обитает девица малая. Се, из пещеры этой придет избавление твое. В ней хранятся сила нерастраченная, красота нетронутая и бессмертие непроданное.

Вне пещеры, вне души моей, где дева рождает Бога, всё, вместе с неуклюжими колесами тела моего,- тень и прах.
  • Добавил(а): Яшма
  • Просмотров: 581
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]