Горе от ума
Прот. А. Ткачев   26.10.2014


В далеком 18-м веке, среди стонущих под турками греков, проповедовал Христа и принял смерть за проповедь Св. Косма Этолийский.

Это был человек чрезвычайных дарований. До 20-ти лет не знавший алфавита, он выучился в зрелых летах, постригся в монахи и, пройдя искус, пошел проповедовать Евангелие своим соплеменникам. В своих поучениях святой возвышался умом до пророчеств и говорил много такого, что никак не могло быть понято современниками. Однако нами это не просто понимается, но видится на каждом шагу.

«Вот, — говорил он, — будет бежать по дороге быстрее зайца повозка без лошадей». Современники лишь пожимали плечами, а мы видим вокруг обилие машин и понимаем смысл сказанного.

«Вы уедете жить на другое место, а на ваше приедут чужаки». Мы и видим волны миграций, спровоцированных то войной, то бедностью, то еще чем.

Воры, говорил Косма, будут жить не в горах и лесах, а в городах. Будут одеваться богато и жить на широкую ногу. Ну да, говорим мы, тысяча карманников в год не наворует того, что хапнет за раз финансовый спекулянт в очках с золотой оправой.

Много говорил святой об образовании. Во множестве бедных сел Греции и Албании не было ни храмов, ни школ. Святой способствовал возникновению того и другого. При этом на школу смотрел как на помощницу Церкви. Сама грамота виделась как способ постичь знания полезные, стряхнуть с плеч унизительное рабство, познать глубины веры.

Но, содействуя народному образованию всемерно, Косма говорил: «Беды к вам придут от грамотных». И еще: «В школах будут учить такому, что вам в ум не влезет».

Очевидно, внушенное Духом и сказанное человеком касается не противоречий в словах Космы, а разных типов образования. Есть знания, облагораживающие человека, но есть и знания, придающие греху видимость законности. Ложное направление ума санкционирует извращение жизни, и оно едва ли не страшнее полной безграмотности.

У народа нашего (как и у народа греческого) в крови – уважение к слову написанному. Это потому, что место главной книги и занимала и продолжает занимать еще Библия. О чем бы ни пошел спор, можно и сегодня услышать: «А где об этом написано?»

Естественно было при этом простым людям смотреть на городских грамотеев, как на небожителей. От них ожидалась вместе с грамотностью и чистота намерений, и бытовая опрятность, и высокая нравственность поступков. Но, действительно, всенародное горе, если приходит, то — от образованных.

В житии Силуана Афонского описывается случай с книгоношей. Отец Силуана был человек чудесного сердца, но неграмотный. А грамотных, как положено, очень уважал. И однажды принял в дом разносчика книг, надеясь вечером послушать того о «вещах Божественных». Тот же, на удивление и возмущение отца, оказался атеистом и понес свою околесицу про земной рай и всемирное счастье. Огорченный крестьянин после говорил: «Я думал, он умный. А он дурак».

Образованный человек не просто способен быть дураком, и нет в этом никакого оксюморона. Образованный человек умножает риск стать дураком ровно настолько, насколько он образован. Это мысль тяжелая и парадоксальная, но народ наш ее понял (понимал раньше), чем показал свою внутреннюю глубину.

Простак если и согрешит, то грех грехом назовет, а значит, рано или поздно покается. А «образованец», умный в своих глазах, столько пыли вокруг себя поднимет, что пыль эта станет настоящей дымовой завесой и для его грязных делишек, и для других людей, соблазненных его теориями.

В «Братьях Карамазовых» все подлинные негодяи и с образованием, и с претензией. Вот как ловко отец семейства Федор Карамазов расправляется на словах с идеей ада.

Меня, говорит, бесы в ад крючьями потащат и не могут не потащить. Кого же и тащить, если не меня? Но я думаю: «А откуда у них крючья? Фабрика, что ли, в аду есть?» Потом он развивает мысль о том, есть ли в аду потолок. Должен ведь быть. Потом, доведя все до путаницы и абсурда, сам ад высмеивает как явление абсурдное и несуществующее. А напоследок возвышает оскорбленный глас: «Так где же правда? Ведь я первый достоин ада, а его нет!»

Действительно, с такими мыслителями из низов революции было из какого яйца вылупиться. Нынешние срамники не так изобретательны. А этот и обосновал нравственную необходимость ада, и «доказал» его отсутствие, и выдал сам себе санкцию на прочее греховное житие, сопровождаемое муками благородного сердца. Каково?!

Ум человеческий без молитвы есть второй сатана. Изворотливый и хитрый, он вьется кольцами, как змей, и в это время он одновременно и гадок, и страшен.

Итак, Федор Павлович обсмеял ад, как бы говоря: «Я такого ада не боюсь. Впрочем, и не верю в него вовсе». Значит – гуляй, душа. Теперь остается с Раем расправиться, опровергнуть его существование или высмеять. Иначе рай на земле строить нельзя. Иначе – противоречие, а сатана – великий любитель логики.

Для этой работы тоже нашлись мастеровые. Вот, хотя бы, Бальмонт.

Мне ненавистен был бы Рай
Среди теней с улыбкой кроткою,
Где вечный праздник, вечный май
Идет размеренной походкою.


Можно кричать: «Хозяин, готово!»

Сами придумали нечто скучное и бестелесное, сами же отворотились от него, скривившись, и сказали: «Я в рай не хочу. Там скучно. Да я и не верю в него вовсе».

Вывод тот же: гуляй, душа! Если сам поэт такого вывода не сделает, то за него этот вывод сделают заинтересованные лица и толкователи творчества. Но вывод таки будет произнесен, и даже провозглашен, уже неважно – кем.

Поэты и прозаики – это несомненные грамотеи. Говоря о том, чего не знают, и смеясь над тем, чего не понимают, грамотеи сии наслаждались гражданским миром и защитой законов. Многие также пользовались дворянскими привилегиями и выгодами высших сословий, и при этом непрестанно будили лихо в своем, «без руля и без ветрил» носившемся по волнам воображения, творчестве.

Лихо, наконец, проснулось. Пришла беда от образованных. «Только вот жить в эту пору прекрасную» пришлось не восторженным фантазерам и не идейным разрушителям основ, а следующим поколениям, к которым принадлежим и мы.

Выбираться из идейного дурмана, доставшегося нам по наследству, есть наш жизненный подвиг. Подвиг не в смысле того, что мы – отчаянные храбрецы. А в смысле того, что нам сдвигать с места и дальше двигать телегу, всеми четырьмя колесами увязшую в мысленной каше, оставленной образованными атеистами. Для современности картины можно заменить телегу на «Жигули», но суть остается прежней.

И подходы не поменялись.

Любитель греха должен и нынче сначала выписать себе справку, разрешающую грешить и облегчающую муки совести, и лишь затем грешить с удовольствием. И здесь срабатывает тот же механизм.

- Попы плохие. Церковь «не такая». Значит, верить и молиться не буду. Совсем не буду и никогда. Разве у заезжего сектанта проповедь послушаю или с буддистом помедитирую. И, значит, никто мне не указ. Значит, живу, как хочу, и в душу мне не лезьте.

Это очень часто встречающийся монолог оскорбленного сердца. Он же – санкция на полное самоуправство и мелкое пакостничество. И все это – наследие «образованщины». Обсмеяли то, чего не узнали и не поняли, и – гуляй душа.

Народ наш долго был неграмотным, но беда эта касалась в основном неумения читать Библию. И борцы за народное просвещение, даже из неверующих, имели всегда за цель только одно – поднять нравственный уровень народа с помощью света наук. Они по наивности и подумать не могли, что знания без веры не только не исцелят, а окончательно добьют несчастный народ. Для них это предположение было бы сильной фантазией, а для нас – очевидный факт.

Беды пришли к нам через образованных. Веря в исцеление подобного подобным, стоит ждать теперь и врачевства от правильного образования, связанного с Богом, а не враждующего против Него. И если есть уже немало храмов в местах скорбей и временных тягот, как то в больницах, тюрьмах, на кладбищах, то необходимо появиться большему числу храмов и в ВУЗах, в школах и лицеях.

Если только мы сумеем соединить наукообразное варево с солью веры, то уменьшится количество тюрем и не так быстро будут заполняться кладбища.

О, кто бы чашу с высшим образованием уравновесил чашей истинной веры, чтобы нам не сходить с ума и не гнить заживо от сомнительного многоумия?!

Сможем ли?

Сумеем ли?

Ведь то, что говорил Косма о беде, пришедшей от образованных, исполнилось с очевидностью. И не только это. Вот еще что говорил он непонимавшим слушателям, и что мы видим собственными глазами:

- Придет время, когда земля будет опоясана одной ниткой (Это телеграф, а после – всемирная паутина).

- Придет время, когда люди будут разговаривать из одной дальней местности с другой, например, из Константинополя с Россией (А это — телефон).

- Вы увидите, как люди будут, словно птицы, летать над землей, низвергая пламя на землю (Это бомбардировки, хотя бы и недавние в Ливии).

- Люди станут бедными, так как не будут иметь любви к деревьям и растениям (К этому слову стоит прислушаться).

- Когда станут управлять молодые, придет беда (Современность, списанная с натуры).

У нас есть только один вариант непостыдного будущего. А именно: если спросят Русь, эту птицу-тройку, словами Гоголя: «Куда несешься ты?», то чтоб ответила она: «Спешу в храм воспевать Святую Троицу, Отца и Сына и Духа Святого».

Иначе так и будет наша тройка стоять, как телега, всеми четырьмя колесами в той грязи, в которую завезли ее безбожники с дипломами о высшем образовании.
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]