Совершенная радость - окончание
Николай Пестов   22.11.2016

Есть и еще сокровища, открывающиеся одинаково душам Марфы и Марии. Это - постижение красоты Божьего творения.

Чрезвычайно многообразна эта красота. Она дышит в природе, в ее бесконечно разнообразных и прекрасных формах. И христианин не может не любить природы как Божьего творения. Через нее он постигает неизмеримую премудрость и величие Творца вселенной.

Совершенная радость всегда будет наполнять сердце, когда оно научится так воспринимать природу, как воспринимал ее св. Иоанн Дамаскин (в посвященной ему поэме А.К.Толстого).

Благословляю вас леса,
Долины, нивы, горы, воды,
Благословляю я свободу
И голубые небеса.
И посох мой благословляю,
И эту бедную суму,
И степь от края и до края,
И солнца свет и ночи тьму,
И одинокую тропинку,
По коей, нищий, я иду,
И в поле каждую былинку,
И в небе каждую звезду.
О, если б мог всю жизнь смешать я,
Всю душу вместе с вами слить;
О, если б мог в мои объятья
Я вас, враги, друзья и братья,
И всю природу заключить.

А вот как воспринимал природу поэт К.Р.

Бывают светлые мгновенья:
Земля так несравненно хороша.
И неземного восхищенья полна душа.
Творцу миров благоуханье
Несет цветок, и птица песнь дарит:
Создателя Его созданье благодарит.
О, если б воедино слиться
С цветком и птицею, и всей землей
И с ними, как они, молиться одной мольбой;
Без слов, без думы, без прощенья
В восторге трепетном душой гореть
И в жизнерадостном забвенье благоговеть.

Здесь уместно будет вспомнить слова Дарвина, что "красоты мира постигаются лишь верующими людьми".

По красотам этого мира христианин может предощущать и красоты и радости Царства Небесного.

Как пишет священномученик Петр Дамаскин: "Если этот временный мир, называемый местом изгнания и осуждения преступивших заповедь Божию, так прекрасен, во сколько же раз более прекрасны вечные и непостижимые блага, которые Бог уготовал любящим Его!"

Когда душа христианина очистится, то он начинает чувствовать и радость любви к себе животного мира, отданного во власть человеку по первоначальному плану мироздания (Быт. 1, 26).

Еще недавно в Оптиной пустыни жил лесник, старый монах-отшельник. Десятки лет он один жил в лесу и был незлобив и прост, как дитя. Не раз видели, как выйдя на лесную поляну, он начинал звать: "Птички, птички, птички".

И тогда со всех сторон слетались к нему лесные птички и садились на его плечи и голову и он из рук кормил их.

Его спрашивали - в чем находит он радость, живя в таком уединении. "Господь так милостив ко мне, - отвечал старец. - Он дает мне так много радости, позволяя всегда прославлять имя Его святое".

О если бы и нам научиться этой его святой и всегда и всем доступной радости!


И еще есть радость у христианина.

Душа его начинает постепенно порывать с окружающей его житейской обстановкой и приобщаться к невидимому миру, открывающемуся его духовным очам, и жить вневременными событиями. Тогда внешний мир с его соблазнами и суетой отходит от души, становится нереальным, забывается, не замечается и пренебрегается.

Глубоко чувствуя любовь Небесного Отца, христианин перестает видеть в Нем Судию и постепенно переходит от страха к любви, от положения раба и наемника - в положение друга и сына. "Совершенная любовь изгоняет страх", - пишет Ап. Иоанн (1 Ин. 4, 18).

Ведь любовь только милует. И блудный сын, хотя он еще далек от дома, но он уже видит бегущего навстречу Отца, видит Его руки, простертые для объятий. И хотя он еще не успел вступить в Дом Отчий, но он уже пережил сладкий миг объятий и поцелуев Отца и увидал свои новые одежды, обувь и перстень.

Отец всего его исполнил радости Своим всепрощением и возвращением полной меры Отчей любви. А впереди пир в доме Отца, жизнь всегда с Ним, возможность доказать Ему свою ответную любовь, преданность и возможность навеки загладить старый грех ухода из Отчего дома.

Итак, Отец без заслуг дает блудному сыну - покаявшемуся грешнику - предвкушение Своей любви, украшает его новым светлым одеянием и драгоценностями. Это все Он дает ранее заслуг только за смирение, за глубину сознания своего греха, своей нищеты, своего падения.

Вновь приступая к работе в доме Отчем, блудный сын начинает находить радость в постоянном исполнении воли благого Отца. Когда спросили преп. Антония Великого: "Что есть радость о Господе?", он ответил: "Делом исполнять какую-нибудь заповедь, с радостью во славу Божию - вот что есть радость о Господе".


Слезы! В мире это обычно символ горя, несчастья и страданий. Здесь редки слезы радости.

Не то это в мире духа. Здесь слезы - это награда - это веяние Духа Божия, это сладость утешения, это ответ души, чувствующей объятия Отца и его поцелуи.

"Дар слез" - как много иноков вздыхают о нем. И если вы в некоторые минуты покаяния, смирения и очищения души, приобщились к этим благодатным слезам и почувствовали объятия Отца, то вы должны уже потерять вкус к миру, к его удовольствиям и развлечениям.

Вы уподобитесь Лермонтовской душе, несомой Ангелом, для которой

"Звуков небес заменить не могли
Ей скучные песни земли".


Как это ни парадоксально, но у святых радость вызывали и скорби вообще и в особенности скорби, которые они терпели ради веры во Христа.

Они помнили обещание Господа тем, которых на земле "будут поносить... и гнать и всячески неправедно злословить за Меня". Господь говорит таким: "Радуйтесь и веселитесь, ибо велика ваша награда на небесах" (Мф. 5, 11-12).

И когда первых Апостолов били за проповедь о Христе, то "Они же пошли из синедриона, радуясь, что за имя Господа Иисуса удостоились принять бесчестие" (Деян. 5, 41).

По словам праведницы Елизаветы Венгерской "в мире радостей всех выше - это радости страданий".

Откуда такая радость?

Святые так глубоко переживали крестные страдания Господа, что, испытывая сами страдания, радовались своему единению в них с Самим Господом.

Как писал Франциск Ассизский: "Знаете ли, в чем завидуют нам ангелы? Ни в чем, кроме того, что мы можем страдать ради Бога, а они никогда ради Него не страдали".


Наконец, у христиан-подвижников могут быть и еще радости, которые неописуемы и неоценимы.

Это особые переживания от осияния души человеческой Духом Святым Божиим, те переживания, о которых не рассказывают и которые не описать словами.

Их нельзя искать или к ним стремиться, всегда считая себя недостойным их. Это особая милость Божия и награда тем, которые доказали жизнью и подвигами свою горячую любовь к Богу, которые все в мире оставили ради этой любви и смело и дерзновенно пошли в жизни за Христом.

Про эту радость так говорит преп. Варсонуфий Великий:

"Кто изобразит или кто может исследовать неизглаголанную радость Святых, неизреченное их веселие и несравненный свет; как Господь здесь открывает им явление Своих дивных и преславных тайн и уготованные им славу и покой; как отрешает их ум от здешнего мира, и они всегда видят себя на небе со Христом и Его ангелами.

Ни голод, ни жажда, ничто земное не причиняет им скорби; ибо они уличили свободу от житейских укоризн, страстей и грехов".

Вот еще какими словами описывает состояние души духовно созревшего христианина старица Ардалиона из Усть-Медведицкого монастыря.

"Душа видит весь мир, как Божий дом, видит премудрые пути Божии, Его силу, действующую в мире, Его любовь, постоянно являемую твари; видит самую тварь, как Божие достояние, и в этом богатом имении своего Господа она, как верная раба, ничего не имеющая, радуется за все, как за свое собственное, как будто она всем обладает, и постоянно говорит: как велик мой Господь, как Он славен.

И блаженство ее так велико, что она не видит непостоянства времени, - оно для нее пребывает неподвижно, у нее нет ни прошедшего, ни будущего, одна настоящая минута, как бы она тяжела ни была по обстоятельствам внешней жизни, или по естественной немощи души или тела, но эта настоящая минута для нее составляет все блаженство, потому что она живет в доме Божием. Она не чувствует времени, потому что уже вышла из временного, жизнь ее не заключается в преходящем, но в вечном.

Это состояние настолько удовлетворительно для души, настолько блаженно, что если бы Господу угодно было навсегда ее оставить на земле, в трудах жизни, оставить именно в том состоянии, в какое она пришла, то она была бы на это согласна".


Через приобщение к совершенной радости душа укрепляется в силах, чтобы идти тесным путем несения своего креста.

Имея в себе реальные залоги спасения, душа христианина не может не радоваться счастью встречи со своими старшими братьями и сестрами во Христе - Святыми Торжествующей Церкви.

"... не видел того глаз, не слышало ухо, и не приходило то на сердце человеку, что приготовил Бог любящим Его", - говорил Апостол Павел (1 Кор. 2, 9).

"Радость моя, - говорил преп. Серафим одной из своих духовных дочерей, - если бы в этой временной жизни твое тело было бы одним струпом, и в язвах твоих уже при жизни кишели черви, и ты сама была бы погружена в смрадных червей, то все это ты ни во что бы почла, если бы узнала радость блаженства будущей жизни".

Для души, предвкусившей радостей духовных, не страшны уже житейские скорби, болезни и тяготы жизни. Они утрачивают свое жало и перестают вводить душу в уныние, в печаль, в тоску и отчаяние.

Вот почему Апостол Павел пишет: "нас огорчают, а мы всегда радуемся" (2 Кор. 6, 10).

Откуда же печаль, если всегда со мной Отец и Он Сам снова вводит меня - блудного сына, в родной, Отчий дом. Ведь Он так милосерд, так любвеобилен - Он все простил. Если на теле раны, Он их залечит. Если одежда изорвана и замарана, Он заменит ее новой.

Он заботлив в большом и малом и все, что в дальнейшем ни случится с сыном в Отчем доме, ему "... все содействовать будет способствовать ко благу" (Рим. 8, 28).

Даже скорби, лишения и болезни - все это ничто иное, как Его промыслительная забота о сыне, те лекарства, которыми Он лечит его больную душу. Поэтому "Слава Богу за все!"

Один, много пострадавший христианин (Н.С.), так записал в своем дневнике:

"Жизнь есть не простое существование, а участие в великой мистерии домостроительства Божия.

Какова бы ни была роль, выпавшая на долю человека - пусть самая трагическая - она полна возвышенного значения и потому прекрасна.

Тот, кому дано познать эту истину, вступает в священную радость уже сейчас, в условиях земной жизни, при любой формации общества".

А преп. Аполлон Египетский о радости говорил так: "Пусть печалятся язычники, пусть евреи проливают слезы, пусть грешники непрестанно вздыхают.

Но христиане должны радоваться. Ибо, если те, которые любят земные вещи, полагают радость в том, чтобы владеть легко и быстро гибнущими благами, то почему нам не быть полными радости, если нас наполняет надежда на обладание бесконечной славой, на наслаждение вечным блаженством".

И не зовет ли нас к этому Апостол словами: "Всегда радуйтесь, непрестанно молитесь, за все благодарите".

Да и все Св. Отцы говорят так: "С тех пор, как воскрес Христос, душе христианской надлежит только радоваться".

А преп. Макарий Великий писал:

"Невозможно выразить или описать неизмеримое, беспредельное и непостижимое богатство христиан".

Вместе с тем, нам надо помнить и следующее заключение Е.Н.Трубецкого (из его работы "Умозрение в красках"):

"Как в иконе, так, очевидно, и в жизни - важнейшим является радость окончательной победы Богочеловека над зверочеловеком, введение во храм всего человечества и всей твари; но к этой радости человек должен быть подготовлен подвигом: он не может войти в состав Божьего храма таким, как он есть, потому что для необрезанного сердца и для разжиревшей, самодовлеющей плоти в этом храме нет места".


Тонок и нежен цветок духовной радости. Его надо лелеять и мудро оберегать.

Грех, страсти и все, что лишает пребывания в нас Духа Божия - все это лишает нас и духовной радости.

Надо тщательно оберегать этот цветок и от смятения мира и от тех, кто несет это смятение. Надо научиться жить в миру, но как бы вне мира.

В этом отношении будем "... мудры, как змии и просты, как голуби" (Мф. 10, 16).

Будем, как птицы, мысленно улетать от мира, не спускаясь к его суете.

Будем, как змеи, проходить через узкие расщелины подвига во Христе, чтобы обновить свою кожу - духовные одежды.

Будем тщательно подбирать себе такую обстановку, где бы в тиши рос невидимый для других нежный благоухающий цветок духовной, совершенной радости.

Перепечатано с книги: Пестов Н.Е. Современная практика православного благочестия. Книга IV. СПб, 1996.

  • Добавил(а): Nata
  • Просмотров: 1600
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]