Игорь Ольгович Черниговский, в крещении Георгий, в монашестве Гавриил, в схиме Игнатий (+ 1147), святой благоверный великий князь Киевский, страстотерпец. Память 5 июня в день перенесения мощей, 19 сентября в день кончины, в Соборах Брянских, Киевских, Тульских и Черниговских святых.

Внук великого князя Киевского Святослава Ярославича, сын Олега Святославича (Гориславича), Игорь принадлежал к княжескому роду Ольговичей в пору, когда Русь раздирала междоусобная брань между Ольговичами и Мстиславичами за первенство. В 1138 году великим князем Киевским стал старший брат Игоря Всеволод Ольгович. Его княжение длилось всего несколько лет, было наполнено непрерывными войнами, и киевляне Всеволода невзлюбили. Однако, он считал Киев своим наследственным владением и объявил что, в случае его смерти, княжение перейдет к его брату Игорю, князю Новгород-Северскому. Киевское же вече решило: "не хотим быть в наследстве", и ненависть против Ольговичей нарастала в городе. Так святой Игорь, как наследник, против воли оказался вовлечен в центр событий.

1 августа 1146 года умер князь Всеволод, и киевляне целовали крест Игорю как новому князю, а Игорь целовал крест Киеву - справедливо править народом и защищать его. Но, преступив крестное целование, киевские бояре сразу же призвали Мстиславичей с войском. Под Киевом произошла битва между войсками князя Игоря и Изяслава Мстиславича. Еще раз нарушив крестное целование, киевские войска в разгар сражения перешли на сторону Изяслава. Четыре дня Игорь Ольгович скрывался в болотах около Киева. Там его взяли в плен 13 августа - таким образом его Киевское княжение продолжалось лишь две недели.

Плен, монашество и убийство

По одному преданию его привезли в Киев и посадили в поруб - холодный бревенчатый сруб, без окон и дверей; чтобы освободить из него человека, надо было "вырубить" его оттуда. В порубе многострадальный князь тяжело заболел. Думали, что он умрет. В этих условиях противники князя разрешили "вырубить" его из заточения и постричь в схиму в Киевском Феодоровском монастыре.

Другое изложение событий повествует что, по пленении, князь Игорь был заточен в одном из монастырей Переяславля-Русского или Южного (ныне Переяслав-Хмельницкий). Вдали от суеты мира сего, тяжело больной, он стал раскаиваться в своих грехах и просил разрешить ему постричься в монахи. 5 января 1147 года епископ Переяславский Евфимий постриг его в иночество с именем Гавриил. Вскоре он выздоровел и был переведен в Киевский Феодоровский монастырь, где принял схиму с именем Игнатий.

Так или иначе, предание сходится в том что, став схимником в Феодоровской обители, князь выздоровел и всецело предался иноческим подвигам, проводил время в слезах и молитве.

Тем временем борьба за Киев продолжалась. Черниговские князья, двоюродные братья Игоря, замыслили заманить князя Изяслава Мстиславича Киевского в совместный поход – с тем, чтобы захватить его или убить. Заговор открылся, когда князь был уже на пути к Чернигову. Возмущенные киевляне, узнав о коварстве черниговцев, обрушили месть на ни в чем неповинного князя-схимника. Желая отомстить роду Ольговичей, киевское вече в 1147 году постановило расправиться с князем-иноком. Митрополит и духовенство старались вразумить и остановить их. Сам князь Изяслав Мстиславич и особенно его брат князь Владимир пытались предотвратить это кровопролитие и спасти святого мученика, но сами подверглись опасности со стороны ожесточенной толпы.

Восставшие ворвались в храм во время литургии, схватили молившегося пред иконой Божией Матери Игоря и потащили его на расправу. В воротах монастыря толпу остановил князь Владимир. И сказал ему Игорь: "Ох, брате, куда ты?" Владимир же соскочил с коня, желая помочь ему, и покрыл его корзном (княжеским плащом) и говорил киевлянам: "Не убивайте, братья". И вел Владимир Игоря до двора матери своей, и стали бить Владимира. Так повествует летопись. Владимир успел втолкнуть Игоря во двор и затворить ворота. Но люди выломили ворота и, увидев Игоря "на сенях" (крытая галерея второго этажа в древнем киевском тереме), разбили сени, стащили святого мученика и убили на нижних ступенях лестницы. Ожесточение толпы было столь велико, что мертвое тело страдальца подвергли избиению и поруганию, его волочили веревкой за ноги до Десятинной церкви, бросили там на телегу, отвезли и "повергли на торгу". Так, 19 сентября 1147 года, святой мученик предал Господу дух свой, "и совлекся ризы тленнаго человека, и в нетленную и многострадальную ризу Христа облекся".

Когда вечером того же дня тело блаженного Игоря было перенесено в церковь святого Михаила, "Бог явил над ним знамение велико, зажглись свечи все над ним в церкви той". По благословению митрополита Климента Смолятича, игумен Феодоровского монастыря Анания совершил на другое утро погребение страстотерпца в храме Симоновского монастыря, на окраине Киева.

Мощи и почитание

5 июня 1150 года князь Черниговский Святослав Ольгович перенес прославленные чудесами мощи своего брата, святого Игоря, в Чернигов и положил в раку "с теремом" в кафедральном Спасском (Преображенском) соборе. "И с того времени, - по замечанию летописца, - стали праздновать память благоверного князя Игоря."

Чудотворная икона Божией Матери, пред которой молился мученик пред убиением, стала именоваться Игоревской и находилась в Великой Успенской церкви Киево-Печерской Лавры.

В "Иконописном подлиннике" говорится, что князь Игорь был среднего роста, сух, смугл лицом, носил длинные волосы, борода его была узкая и малая. Святого князя Игоря почитают страстотерпцем наравне с князьями Борисом и Глебом.

Тропарь, глас 4

Наста днесь всечестная память страстотерпца благовернаго князя Игоря, / созывающа люди в пречестный храм Спасов, / идеже радостно сошедшася благочестивых множество / молитвенно празднуют святую память твою, и с верою взывают ти: / молися, святе, / стране Российстей, граду Чернигову и всем православным христианом / в мире и благоденствии спастися.

Ин тропарь, глас тойже

Просветився Божественным крещением, Духа Святаго светлостьми озаряем, / Евангелие Христово в сердце твое восприял еси, / делом слово Сына Божия исполняя, благоверный княже Игоре, / моли Всеблагаго Спасителя нашего даровати нам мир, и милость, / и спасение душ наших, чтущих честную память твою.

Кондак, глас 6

Изменил еси земнаго княжения славу во иночества образ смиренный. / И страдальчески земное житие скончав, ныне на Небесех радуешися, / усердне моляся о чтущих тя, Игоре, страдальцев похвало.

Ин кондак, глас 8

Княжескую диадиму обагрил еси кровию твоею, / Богомудре страстотерпче Игоре, / за скиптр крест в руку приим, явился еси победоносец / и жертву непорочну Владыце принесл еси себе. / Яко бо агнец незлобив от раб убиен был еси, / и ныне радуяся предстоиши Святей Троице, / молися спастися душам нашим.

Величание

Величаем тя, / страстотерпче святый благоверный великий княже Игоре, / и чтим святую память твою, / ты бо молиши за нас / Христа Бога нашего.