В Спасо-Парголовском храме почтили память протоиерея Анатолия Трохина. Год назад он ушел от нас, оставив после себя тишину, полную света.
Воздух в это весеннее утро был прозрачным и ясным, словно умытым долгой молитвой. В Спасо-Парголовском храме — Литургия Преждеосвященных Даров. Время тишины, которое отец Анатолий так тонко чувствовал.
Год разлуки. У креста перед входом в храм — там, где батюшка обрел покой, — тесно от живых огней. Было три панихиды, и на каждой — множество свечей в руках. Матушка Екатерина, дети, внуки, духовные чада. Когда к могиле пришли ученики «Родника», сквозь облака пролилось столько солнца, что каждый цветок наполнился тихим сиянием. Батюшка смотрел с фотографии — прямо в глаза, с той радостью, которой всегда делился.
Здесь же, у креста, звучали негромкие, искренние слова священников Сергия Ашитка и Андрея Степанова. Позже, в школьном зале, итог дню подвел протоиерей Александр Зелененко.
Урок памяти, согретый стараниями Татьяны Григорьевны Дувановой, завуча «Родника» стал продолжением этой тишины. Перед портретом — одна-единственная свеча. На экране — видеокадры: отец Анатолий читает стихи. Его голос звучит очень проникновенно. Ученики подхватывали его строки уверенно, как принятую из рук в руки эстафету.
На рояле — книги стихов и воспоминаний. «Господня земля» — плод двадцатипятилетнего служения памяти других. Теперь и имя отца Анатолия вписано в эту летопись любви.
Финальным аккордом встречи стали его собственные слова с экрана. На немой вопрос он ответил сам: «Кто вам сказал, что батюшки нет? Он жив!».
В этом не было пафоса — только очевидная истина. Любовь не знает истощения. Она просто меняет форму: превращается в солнечный поток на деревянном кресте, в детское слово, в наше общее дыхание.
Он замер на пороге храма, приглашая нас войти. Туда, где нет боли, а есть только бесконечное «Христос Воскресе!».
