Священник Константин Пархоменко

Специфика религиозного преподавания

Все прекрасно понимают, что как бы много мы ни давали информации детям, занимающимся в Воскресной школе или на курсах при храме, настоящих всесторонне богословски - образованных и развитых христиан мы не воспитаем.

И дело здесь даже не в обширности богословских наук, ведь для того, чтобы изучить только один раздел богословия, например «Экклезиологию» (учение о Церкви), можно потратить всю жизнь. Вот, например, я вместе с моими друзьями-соучениками занимался в Духовной Семинарии 4 года и плюс еще 4 года в Духовной Академии. Каждый день у нас было примерно 6 уроков по 45 минут. Я посчитал, что, как минимум, это 13 тысяч уроков за все восемь лет обучения. Представьте, 13 тыс. уроков! И можно ли сказать, что после этого безумного количества проведенных за партой часов мы изучили богословие?.. Конечно, нет. Мы лишь узнали основы, азы и теперь самостоятельно продолжаем свое образование.

Поэтому, берясь преподавать Закон Божий или катехизируя детей, мы сразу должны смиренно понимать, что никаких глубин богословской науки мы дать не сможем. А поэтому стремиться к тому, чтобы предельно насытить информацией урок, не следует.

Да и вообще, почему мы думаем, что ребенок глубоко воспринимает то, что мы ему говорим о Боге? Для нас, взрослых людей, эти слова насыщены содержанием, они несут в себе смысл; мы на личном опыте убедились, например, в том, что Бог существует, что Он благ и милосерден... Но что мы будем говорить об этом ребенку или, тем более, подростку, здоровому, сильному, который считает, что весь мир у него в кулаке, что он сам творец своего счастья и своей жизни.

Один незадачливый катехизатор апеллировал к совести подростков: «Не единым хлебом жив человек...», на что ему ученик ответил: «конечно, не единым, еще ведь есть колбаса...»

Итак, первое и самое главное утверждение: не надо стремиться дать ученику как можно больше религиозных знаний. Все равно, много не дадим, не получится, но зато упустим самое важное, о чем будет сказано ниже.

Второй тезис: запоминаются только те знания, которые используются учеником повседневно. Например, математика усваивается именно потому, что из года в год мы ею пользуемся. Но, когда мы начинаем в шестом и далее классах изучать теоретическую математику, она скоро забывается, если мы не выбираем себе техническое поприще.

Это же можно отнести и к Закону Божиему, и к Катехизации. Сколько бы мы ни стремились дать знаний нашим ученикам, они, кроме смутных обрывков, ничего не запомнят. Жизнь пойдет дальше: институт, работа, взрослая жизнь и так далее.

Приведу пример. Моя жена с самого юного возраста занималась в Воскресной школе г. Ленинграда, тогда одной из первых в Советском Союзе. Она занималась там в течение 6 лет (с 10 до 16 лет) еженедельно, и ей преподавали священники, все имевшие высшее богословское образование (достаточно роскошная ситуация). Вместе с ней занимались другие девочки и ребята.

И вот, я расспрашивал жену о том, что ей преподавали, и она почти ничего не могла вспомнить. Слава Богу, она осталась верующей и продолжила религиозное образование на богословских курсах при Духовной Академии. (Там мы с ней и познакомились, но это уже другая история.) Две трети ее соучеников ушли из Церкви. Они не то чтобы неверующие, но не церковные люди... А кто-то подался в буддизм, в оккультизм.

Я специально встречался с этими ребятами и расспрашивал, что они вынесли из уроков Закона Божьего, ведь занимались они 6 (!) лет. Оказалось, кроме некоторых смутных воспоминаний - ничего... Да, говорят, помним, что этот, в Библии, пошел туда, этот сюда... ну и что?..

Никто не встретил Бога на личном уровне, никто не решил прожить жизнь, как подобает христианину, никто не загорелся всего себя посвятить служению человечеству... Мало кто понял, что когда плохо, трудно, можно обращаться за помощью к Богу...

И проблема здесь не в ребятах, а, по моему глубокому убеждению, в способе и форме преподавания.

И вот здесь надо сформулировать то, что является, на мой взгляд, самым важным моментом в преподавании Закона Божьего, или в Катехизации. Что же, если не сумма знаний?

А самым важным является стремление донести до ребят то, что составляло КЕРИГМУ, основу упования Древней Церкви.

Мы помним, что апостолы никогда не разворачивали перед слушателями панораму Ветхозаветной истории, не рассказывали: этот патриарх пошел туда, а этот туда... Апостолы не углублялись в теологические тонкости и частные вопросы.

Их проповедь была краткой, но несла в себе максимум смысла: Бог, движимый любовью, выходит к человеку навстречу и дарит Себя в Сыне. Иисус Христос - не просто учитель, морализатор, это Тот, Кому мы должны подражать и Тот, Кого мы должны принять в себя. Принять Христов образ жизни, образ мышления, наконец, самое главное, Его силу...

Вот что должно отражаться на наших лицах, лицах учителей и катехизаторов; вот чем мы должны свидетельствовать детям.., нет, скажу точнее - делиться с детьми.

Необходимо сказать: я прекрасно знаю, что вы, ребята, далеки от религии, возможно и от Церкви; вы не видите в этом всем смысла, но вы станете старше и поймете, что без этого нельзя жить. Только Христианство - ответит на все вопросы, которые у вас возникнут в жизни, поддержит во всех ситуациях. Только Христианство всем вашим мыслям, чувствам, делам придаст статус вечности.

Вы влюбитесь, и вам станет страшно, что это может закончиться со смертью, и вот тут приходит Христианство на помощь. Оно говорит: любовь никогда не закончится, мы лишь перейдем в вечность, в другую форму бытия… Вы, ребята, в жизни будете терять самых дорогих людей, и тут вам Христианство опять скажет: это лишь на время, смерти больше нет…

Вы вырастете и подумаете, зачем заниматься наукой, если земля и человечество обречены на гибель, как и все в космосе... И опять Церковь вам скажет: все ВЕЧНО, ничто не исчезнет, и каждая ваша мысль, каждое доброе дело - кирпич в деле миросозидания, в деле строительства мира. Бог строит мир. Нас Он призывает в помощники...

Важно не дать детям сумму теоретических знаний, но рассказать им, что Бог близок, что Бог ждет от каждого свободного решения: жить с Ним, или без Него.

Это, конечно, не исключает и теории в богословии, о котором мы будем рассказывать, но важно, чтобы теория не доминировала, не заслонила другое: живое чувствование Бога, или осознание, что Бог близок к нам, Бог с нами, и хоть я пока не хочу, или не готов протянуть Ему руку, Он терпеливо ждет.

Так, когда-то, в начале 90-х годов, я преподавал Основы православия молодым девушкам в Музыкальном училище. Девушки относились к предмету абсолютно несерьезно. Их в то время занимали другие мысли... Никто из них не ходил в Церковь и вряд ли верил в Бога. И вот, прошли годы, и я встречаю некоторых и вижу, что их жизнь изменилась. Несчастная любовь, тяжелое материальное существование, дети, которые болеют и страдают... И девушки поворачиваются к Богу. Одна из них (разведена, осталась с больным ребенком на руках) сказала: «Я раньше никогда не думала о Боге. Но когда мне стало невыносимо тяжело и плохо, я вспомнила Ваши слова о том, что Бог всегда нас ждет и всегда любит. И я обратилась к Богу и теперь другой жизни, без Него, не представляю...»

Другой характерный пример. Я преподавал некоторое время в школе детям 6 лет. Это была светская школа, светские дети, и мой предмет шел всего один раз в неделю.

Но детки любили уроки, всегда с нетерпением ждали. Я старался, прежде всего, дать не сумму знаний, но чувствование, что Бог это близкое любящее Существо, и что мы можем встретиться с Ним и общаться... Потом я из этой школы ушел. И вот через 4 года я встретил в соборе, где служил, девочку, которую, как мне казалось, я где-то уже видел. Я наблюдал за девочкой около месяца, но не мог вспомнить, где я ее встречал. И когда я подошел и спросил, девочка ответила: «Вы преподавали у нас в школе. Тогда я училась в первом классе... Родители мои неверующие, и они мне не разрешали ходить в Церковь, а теперь я уже немного выросла, учусь в пятом классе, и они мне разрешают самостоятельно гулять, и я хожу в Церковь...» Я был поражен и спросил, что эта девочка (ее зовут Маша) помнит из моих уроков. Не помнит почти ничего, но говорит, что с тех самых пор она верила в Бога, молилась Ему и мечтала встретиться с Ним в Таинствах Церковных.

Мне было еще интересно, кто-то из ее класса верит в Бога? Сказала: да, верят, и некоторые ходят в Церковь, а также помнят мои уроки, но не истории (о них остались весьма смутные воспоминания)1, а мои слова о Боге, Таком великом, любящем, милосердном...

И дело здесь не в выдающейся личности преподавателя, каковой в моем случае и нет, а в правильной методологии. Детям показали, что Бог - любящий Отец, и этот Отец ждет от нас действий, хочет, чтобы мы жили не кое-как и не сами по себе, а только с Ним... И дети прочувствовали это на своем маленьком, но полноценном опыте. Они мало, что помнят о Библейской Истории, которую я им рассказывал, но помнят о любви Божией и сами любят Бога.

После всего сказанного важно подчеркнуть, что я не выступаю как противник теоретического преподавания. Считаю, что Катехизатор должен быть максимально развит и начитан, чтобы вести полноценные уроки.

Я считаю, что люди, не читающие религиозную литературу, не имеют права катехизировать и преподавать. Те, кто думают, что им достаточно для религиозного развития слушать воскресную проповедь да листать популярные религиозные журналы с картинками - не имеют права приступать к Катехизации.

Преподавание требует максимальной религиозной эрудиции, причем следует стремиться к тому, чтобы каждый урок был событием, праздником для ученика.

В нашем преподавании не должно быть рутинности, обыденности. Следует вносить в урок или встречу элемент новизны, необычности.

Особенно это удобно, если занятия проводятся не в общеобразовательной школе, а в воскресной школе при храме.

Дети будут идти охотней на урок, всегда ожидая сюрприза. Например, можно, не предупреждая заранее, объявить, что сегодня будет поход в музей (где вы проведете урок, рассказывая про иконы или картины религиозного содержания, а может быть, про какой-то конкретный эпизод из Священной Истории, стоя перед картиной) или экскурсия в монастырь, какой-нибудь храм (где можно рассказать об убранстве, символике храма). Можно провести урок в парке, на природе. Конечно, беседу следует сделать как можно проще и доступней. Пусть дети просто отдохнут в этот раз.

Однажды я в общеобразовательную школу, где преподавал детям семи лет, принес коробку мороженого и раздал всем по порции. Это было так необычно, что дети еще долго об этом вспоминали.

В старших классах, когда закончится курс катехизиса, знакомства с православием, можно предложить такую форму преподавания: изучение Священной Библейской Истории.

Педагог (или кто-то из учеников) прочитывают фрагмент из Писания, и вы предлагаете ученикам его прокомментировать. Затем вы объясняете, как на самом деле следует понимать Священный текст и почему именно так, а не иначе мы его должны толковать. Обратите внимание: вы поясняете, почему так, а не иначе, надо истолковать текст. Урок не должен превращаться в научно-безграмотную плюралистичную дискуссию. Ученики должны помнить, что последнее слово остается за преподавателем, который знает как на самом деле следует истолковать библейский фрагмент. Учитель же, безусловно подготовленный и знающий как научные так и святоотеческие комментарии к разбираемому тексту, должен поощрять живую мысль учеников и по возможности их самих подводить к правильному ответу на поставленные вопросы.

Естественно, что при подобных занятиях самой первой вводной беседой с учениками должна быть беседа об основах православной экзегетики. Следует рассказать, что святые отцы и учителя Церкви находили в Слове Божием несколько уровней смысла. Ориген, еще в 3-м веке сравнивал Писание с миндалем. Как известно, миндаль состоит из горькой кожуры, защитной скорлупы и лишь затем зерна. Так же и Священное Писание, отмечал Ориген, состоит из горькой кожуры внешнего смысла: встал, пошел, сделал; защитной скорлупы нравственного учения, побуждающего к очищающей и терпеливой аскезе, подготавливающей дух к восприятию высшего смысла; и лишь после всего достигается духовное зерно подлинного смысла. Постепенно у святых отцов обрело четкие очертания учение о четырех смыслах Писания. Это: 1) исторический или буквальный; 2) аллегорический; 3) этический или нравственный; 4) мистический или духовный.

Оценки - это достаточно сложный вопрос и единого мнения здесь быть не может. С одной стороны, оценки в школе приучают к дисциплинированности, серьезности, с другой стороны, превращают живое спокойное постижение основ религии в предмет, в обычный урок, который нужно выучить, сдать и забыть.

Мое убеждение таково: оценки ставить нужно лишь в старших классах и в том случае, если есть последовательное и постепенное изучение предмета, поставленного в сетку часов.

Если вы встречаетесь с детьми при храме, конечно, никакие оценки неуместны; тем более неуместны оценки для маленьких детей, они слишком всерьез к оценкам относятся, чтобы их душевно травмировать понапрасну.

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]