В глубине старого парка, там, где вековые ели касаются мягкого петербургского неба, жила маленькая рыжая белочка. Её звали Оливия. У неё были чуткие ушки с пушистыми кисточками и тёплые глаза, похожие на капли прозрачного янтаря.
Каждое утро Оливия сидела на пороге своего уютного дупла, умывалась лапками и слушала. Парк просыпался медленно. Пахло влажной хвоей, старой дубовой корой и далёким, едва уловимым ароматом тёплого хлеба из приречной пекарни.
Оливия любила этот предрассветный час — время, когда мир вокруг кажется чистым холстом, а воздух — прозрачным и прохладным, как родниковая вода. Она спускалась по стволу старой сосны, чувствуя лапками шероховатость коры. Земля внизу была мягкой, покрытой ковром из прошлогодних листьев и сухого мха.
Сегодня Оливия никуда не спешила. Она скакала по тропинке, разглядывая солнечные блики на траве. Лучи солнца, пробиваясь сквозь густые ветви, падали на поляны золотыми пятнами, и в этих лучах тихо танцевали крошечные пылинки.
Оливия присела на замшелое брёвнышко. Рядом рос кустик лесной земляники. Листья ягоды пахли летом и капелькой согретой солнцем росы.
На дорожке показался человек. Он шёл не спеша, шурша гравием. В руках у него был небольшой бумажный пакет.
Белочка замерла. Она не боялась. В её мире всё было заодно.
Человек остановился, присел на корточки и протянул ладонь. На ней лежали три крупных, гладких орешка фундука в крепкой коричневой скорлупе. От них пахло сухой древесиной и добром.
Оливия сделала несколько лёгких прыжков. Её лапки едва касались земли. Она приблизилась, чувствуя исходящее от человека тепло. Её чуткие усики коснулись человеческих пальцев. Это было мгновение полного доверия. Оливия аккуратно взяла орех.
Человек улыбнулся. Беззвучно, только глазами. В этих глазах было столько же тишины, сколько в самом утреннем лесу.
Оливия взбежала на нижнюю ветку дуба и устроилась там, держа свой подарок. Человек тихо пошёл дальше, растворяясь в зелёной аллее.
А белочка сидела на ветке, чувствуя спиной надёжную опору дерева. Над её головой шуршали зелёные листья, рассказывая свои бесконечные сказки ветру.
Внутри у неё было очень спокойно. Орех в лапках казался маленьким чудом. И весь этот огромный парк, и поющее небо, и ласковое солнце — всё было одним большим домом.
Оливия закрыла глаза и просто дышала. С каждым вздохом её сердце наполнялось тихим, ровным светом. Ей хотелось обнять этот мир, который так бережно хранил её каждый день.
Шёпот елей становился всё тише. В парке царили простор и покой. Всё было именно так, как должно быть.