Архиепископ Иоанн Сан-Францисский

Оставим гадаринцев на суд того Слова, Которого они не захотели слышать, но Славу Которого они видели.

Чтобы научиться нам самим лучше следовать за Господом и никогда не отвергать Его, вникнем в причины их человеческого ослепления.
Почему человек не принимает Господа?

Разве не помощник Господь во всём благом и светлом, к чему неудержимо стремится в конце концов даже омраченное человеческое сердце?

Ведь Господь - "да" и "аминь" всякому живому и доброму чувству, всякому идеальному стремлению, которое (хотя бы и в извращённом виде) живёт в каждом человеке. Почему человек не принимает свою небесную радость?

Гадаринцы опечалились гибелью своих свиней. Гадаринцы пожалели себя и испугались за себя. Неистинно пожалели себя, и неистинно за себя испугались. Надо было бы им иначе себя пожалеть, иначе за себя испугаться.

Гадаринцы в Господе увидели своего разорителя. Божественнный разоритель зла и неправды, истребитель бесовской власти над миром, Господь явился гадаринцам как житейский разоритель их имущества. Всё другое померкло для гадаринских глаз. Эти глаза, раскрытые испугом, увидели только ужасную для себя истину: свиней, исчезнувших в светлой глубине Галилейского озера.

Надо было ожидать повторения подобных событий и в глубине страны, если бы галилейский Чудотворец прошёл туда. И невыносима показалась мысль о таком своём разорении.

Маммона - страшный и мерзкий бог материальных ценностей и земных имуществ - более, чем Бог Живой, царствует в сердцах человеческих. Жадно держится человек за свою пыль, за свою грязь. Понимает, что всё материальное, не исключая его собственного тела, - прах, и очень быстро обращается в прах. Однако - такова сила греха - человек "приворожён" к земным ценностям. Ради них - все войны, все революции, все преступления. Ради богатства - всё бесчеловечие богатых людей и всё зверство бедных... "Не можете работать Богу и маммоне!" - "Нет, можем!" А другие, более искренние, как гадаринцы, говорят: "Удались от нас такой Бог, которому надо отдать всё сердце!"

Господь безжалостен - блаженно безжалостен, целительно безжалостен к нам, людям! Не было бы нам спасения, если бы Господь нас пожалел так, как многим хочется, чтобы Он жалел их. Нужна особая молитва, от лица всего человечества, о том, чтобы Господь не жалел нас! Но целительными прижиганиями мучил нас, выжигая смрадные язвы нашего духа. Гадаринцы "пожалели" себя!.. Если бы они были безжалостны к себе, до них достигло бы Царствие Божие... Неправедная, плотская, "душевная" жалость человека к себе самому - один из источников всех наших падений и всех отречений от Христа. Гадаринцы не взяли, не понесли креста своего.
Как часто мы подобны бываем гадаринским жителям. Легионы греховных привычек и привязанностей держат нас вдали от сладчайшего Господа... Даже какая-нибудь папироска отлучает людей нередко от Святых Тайн!

Мы просим Его во многих случаях жизни, чтобы Он "не приходил к нам; или - не всегда бы приходил к нам"... Иногда мы понуждаем Его уйти от нас тем, что мы не просим Его остаться с нами.

Не зовущий Господа - гонит Его! Гадаринцы лишились благ, о безмерности которых только ангелы на небесах говорить могут.

Как раскрылся "мир сей" на земле гадаринской, озарённой солнцем видимым и ещё более - Солнцем невидимым! "И просил Его весь народ Гадаринской окрестности удалиться от них, потому что они объяты были великим страхом". Страх, что владел бесами, владеет и людьми.

Боятся люди потерять жалкое имущество от светлой руки Воскресителя жизни. И спешат отказаться от Воскресения. Не знают, что, может быть, сегодня же смерть возьмёт их... Спаситель принесён в жертву. Лишь бы свиньи остались целы. Этой ценой покупается материалистическая культура и вся её философия.

Бедные, слепые люди!.. Как плакал о них Господь, когда возвращался из их страны. Мы знаем из древнего свидетельства, что Господь наш никогда не смеялся, но часто Его видели плачущим. Конечно, Он плакал и о гадаринцах.

Если бы они теперь, из загробного мира могли видеть наш мир, они бы, несомненно, захотели - как евангельский богач, неожиданно умерший, - послать к нам кого-нибудь, чтобы предупредить нас о непрочности земного богатства и о реальности духовных страданий за пределами этого мира.

Но вместо их загробной мольбы мы имеем большее свидетельство этой истины: Слово Христово в мире.