Виктория Сенчугова

«Соловки – это антиминс под открытым небом, здесь вся земля покрыта кровью мучеников» /архимандрит Иоанн (Крестьянкин)/

С 31 июля по 6 августа 2018 г. прихожане Спасо-Парголовского храма во главе с протоиереем Сергием Зориным поклонялись святыням Соловецких островов.

Ночь в поезде и вот наша группа на катере плывет по Белому мору к Соловкам, к этой жемчужине Белого моря, «голубому яхонту, за пять веков отполированному до небесной чистоты» (В.Голованов). Идеальная беспредельная гладь воды, ясное солнечное небо, сливающееся с морем... «Земля же была безвидна и пуста, и тьма над бездною, и Дух Божий носился над водою» (Быт. 1, 2).

Катер причаливает к пристани, и мы переносимся в 19 век. Деревянные дома, сельские дороги, по котором задумчиво бредут коровы и козы, воробьиный щебет, вдали мощные каменные башни монастыря, сложенные из огромных валунов. Размещаемся в уютной гостинице и идем на экскурсию по монастырю.

Наш гид инокиня Ирина рассказывает об основателях обители – преподобных Зосиме, Савватии и Германе Соловецких, о том, какими трудами созидался монастырь, об игумене обители Филиппе, будущем митрополите Московском, при котором обитель была отстроена в камне. Она ведет нас по храмам: Троицкому собору, где сейчас находится мощи святых, главному собору монастыря –Преображенскому, Благовещенской церкви.

Мы поднимаемся на стену монастыря и можем оценить мощь и размах крепостных стен, которые выдержали осаду английского флота во время Крымской войны. 6 июля 1854 г. два английских военных парохода «Бриск» и «Миранда», вооруженные 60 пушками, вошли в бухту Благополучия Большого Соловецкого острова. На следующий день, рано утром, возглавлявший английскую флотилию капитан Омманей в письменной депеше потребовал разоружения и сдачи крепости. Получив около восьми часов утра отказ, он в гневе отдал распоряжение начать обстрел монастыря, чтобы стереть его с лица земли. Обстрел длился 9 долгих часов из 60 корабельных орудий. По монастырю было выпущено около 1800 снарядов. Однако ко всеобщему изумлению разрушения оказались самыми незначительными. Обитель устояла. Утром 8 июля англичане бесславно покинули Большой Соловецкий остров. Настоятель монастыря архимандрит Александр и братия ликовали.

Гид рассказывает, как прекрасно была благоустроена обитель, показывает дореволюционные фотографии, на которых виден дивный сад во внутреннем дворе монастыря, который был уничтожен в советское время. Мы осматриваем водяную мельницу, первое гидротехническое сооружение монастыря, поднимаемся в одну из башен монастыря и любуемся окрестностями.

Инокиня рассказывает нам о тяжелейшем периоде в истории монастыря и России, когда на Соловках был учреждён Соловецкий лагерь особого назначения (СЛОН), преобразованный позднее в 1937 году в Соловецкую тюрьму особого назначения — СТОН. Значительную часть заключённых составляли духовенство, офицеры белого движения, интеллигенция. Архимандрит Иоанн (Крестьянкин) говорил, что на Соловках Литургию можно совершать в любом месте – вся соловецкая земля, пропитанная кровью новомучеников, является священным антиминсом.

После закрытия в 1939 году тюрьмы острова были переданы военным, и в 1940–1957 годах хозяином Соловков стал Учебный отряд Северного флота. Одной из школ Учебного отряда в 1942–1945 годах стала школа юнг, в которой военному ремеслу обучались мальчики допризывного возраста. За три выпуска школа подготовила более четырех тысяч рулевых, сигнальщиков, мотористов, радистов, боцманов, электриков, комендоров и акустиков.

Возрождение обители началось в 1988 году, и мы могли оценить насколько уже много сделано для благоустройства монастыря.

Погода в первые два дня пребывания на острове была великолепная, +28, со слов старожилов, такой жары на острове не припомнят. Вечером мы с большим одушевлением окунались в купальне, построенной около Святого озера.

Следующий день – день святого пророка Божия Илии и мы едем на особое место, о котором хочется скорее помолчать, чем рассказывать, Секирную гору. Это самое высокое место Большого Соловецкого острова. Отсюда по сути и пошла история Соловков, когда в 1429 году здесь поселились два прибывших на остров инока — Савватий и Герман.

По каменистой дороге мы подъезжаем к Поклонному кресту у подножия горы.

Недалеко от подножия установлен камень, на котором выбито повествование о Секирной горе: «На Чудову Гору вход женскому полу возбранен по тому случаю, когда Преподобный Савватий и Герман жили на сем месте, рыболовы, проживая летом с женами под горою оскорбляли Преподобных, чтобы изгнать их из Острова. Перст Божий явил чудо. Ангелы в виде двух светозарных Юношей изгнали рыболова жену прутьями из Горы: на крик ея пришел преп. Савватий, коему жена сказала, что Ангелы, изгоняя её, говорили: Сей Остров предназначен Богом для Иноков. Это чудо заставило рыболовов оставить Остров и благоговеть к Преподобным, а женский пол не бывает на этой горе по таинственному страху».

Медленно идем в гору, инокиня Ирина рассказывает, что в период Соловецкого лагеря особого назначения (СЛОН) здесь на Секирке был устроен штрафной изолятор, знаменитый зверствами, которые там устраивались. Как сказано в стихах Сергея Гребенникова: «И мы пошли по той земле, душой по раскаленным углям. Как много боли на горе — Секирка здесь стирала судьбы». Страшное место, мало кто выходил отсюда живым. Сажали за побеги и подготовку к ним, за участие в тайных богослужениях, за самоувечья, за нарушение лагерного режима, отказ от работ и «контрреволюционную агитацию в лагере». Секирка – это лесозаготовки с неподъемными нормами выработки. Это кружка кипятка на троих по утрам, фунт хлеба и пшенный отвар. Это двухэтажная Воскресенская церковь-карцер, где обогревался только один этаж. Зимой, чтобы как-то отогреться на заиндевевшем полу, заключенные спали «в штабелях». Люди ложились друг на друга, слоями: первый - вдоль, второй – поперек, третий – опять вдоль. Больше 4 слоев разместить было невозможно: «низы» не выдерживали. Время от времени менялись местами. Нередки были случаи, когда задавленные или задушенные с нижних ярусов умирали. Информация об ужасах, творящихся на Соловках, через бежавших заключенных просочилась на запад. В 1929 году, чтобы «развеять» эти слухи, на Соловки приезжал Горький. Естественно, к его приезду «подготовились», в карцере на Секирной горе поставили стол, заключенным выдали газеты. Когда Горький вошел в карцер, один из заключенных держал газету «вверх ногами». Горький молча перевернул газету, давая знать тем самым, что сигнал понял. Говорили, что Горький оставался один на один с 14-летним мальчиком, вызвавшимся «рассказать всю правду», после чего вышел из барака и плакал на виду у всех. Тем не менее, вернувшись в Москву, он написал статью, восхвалявшую исправительную систему, созданную в СЛОНе.

Секирная гора была еще местом массовых расстрелов и захоронений. Согласно свидетельствам, трупы свозились в определенное место, однако не было доподлинно известно, где располагалось кладбище. В 2005 году обнаружили первое захоронение 26 расстрелянных, теперь открыто около 10 братских могил. В 2008 году у начала тропы, которая ведет к месту массовых расстрелов, был установлен шестиметровый Поклонный крест красного цвета и деревянная часовня в память новомучеников и исповедников Соловецких. Мы поклоняемся Кресту, идем на кладбище узников и молимся об их упокоении. Инокиня говорит, что в этом месте никогда не слышно пения птиц, и, правда, здесь царит полная тишина.

Мы поднимаемся на вершину горы к трехъярусному каменному храму Вознесения с приделом в честь чуда архангела Михаила в Хонех. Гид говорит, что уникальной особенностью этого храма является то, что на его куполе был установлен маяк, действующий до сих пор. Установленный в самой высшей точке острова и зажигаемый иноками скита с августа по октябрь в ночное время, маяк виден в ночное время с расстояния до шестидесяти километров. В Вознесенском скиту строгий устав, паломники допускаются только в нижний храм. В верхнем молятся только монахи, и возможен вход для мужчин-мирян (по приглашению). Службы проходят по ночам. С горы открывается потрясающая панорама с видом на Савватьевский скит, бескрайнее Белое море.

Здесь не посещает чувство мрачной скорби и безнадежности, скорее светлое чувство тишины и покоя.

Спускались мы с Секирной горы по крутой деревянной лестнице, состоящей из 294 ступеней. Во времена СЛОНА заключенных привязывали к бревну и сбрасывали с этой лестницы, ведущей к вершине горы, к подножию они падали уже бездыханными. В знак памяти обо всех, для кого путь сей стал последним, нас попросили пройти по нему молча и помолиться – каждому про себя… Внизу нас встречал поклонный крест.

Затем мы едем в ботанический сад Соловецкого музея-заповедника, который расположен в Макарьевской пустыни. Он был основан архимандритом Макарием в 1822 году и с тех пор поддерживался сначала монахами, затем заключенными, потом соловецкими школьниками, а затем сотрудниками музея и приезжающими сюда волонтерами.

На протяжении долгих лет монастырь делал попытки акклиматизировать различные растения к суровым условиям Соловецких островов. В 1860-м году на территории Макарьевской пустыни был построен воскобелильный завод. На заводе было изобилие горячей воды, которые монахи использовали для обогрева оранжереи ботанического сада, что позволяло выращивать теплолюбивые цветы, овощи, а также арбузы, дыни и персики в 150 километрах от Полярного круга.

Центральная аллея - восемьдесят великолепных лиственниц, была высажена в 1935-36 годах. Бадан, обрамляющий аллею, соловецкие монахи привезли в 1905 году в подарок от памирского ламы. В традиционной восточной медицине бадан считается «лекарством от тысячи болезней».

Двухэтажный бревенчатый дом с мезонином — «дача архимандрита», выстроенная в 1860-е годы. После революции Макарьевскую пустынь переименовали в хутор Горка, и здесь поселилось начальство Соловецкого лагеря.


«Дача архимандрита», сейчас здесь располагаются музейные работники

Гид рассказывает, что ныне Соловецкий ботанический сад монастырю не принадлежит, а является отделом Соловецкого историко-архитектурного и природного музея-заповедника. Сегодня на территории сада произрастает более тридцати видов деревьев и кустарников, около 500 видов и сортов декоративных, лекарственных, пищевых и кормовых растений. Есть здесь кедровая роща, яблоневый сад, вишни, сирень, черемуха. Во множестве цветут чудесные розы.

Мы не торопясь идем по ботаническому саду, любуемся цветами, вдыхаем воздух, насыщенный запахом трав и цветов.

Едем к Филипповским садкам, сначала инокиня Ирина ведет нас на место, где первоначально поселились преподобные Зосима и Герман. Около места кельи святого Зосимы сохранился колодец. Инокиня рассказывает, что в этом месте преподобные очень скоро отзываются на молитвы. Мы молимся, набираем и пьем воду из колодца.

По камешкам идем к Филипповским садкам, и гид рассказывает нам их историю. Филипповские садки были устроены в середине XVI века при игумене Филиппе и названы его именем. Морская рыба в этом месте часто заходила в два морских залива. Заливы перегородили каменными дамбами из крупных валунов, через них шла фильтрация воды во время морских приливов и отливов. Получились два морских бассейна, в которых разводили и содержали свежую рыбу, выловленную в море. Соловецкой братии и трудникам садки позволяли не только иметь под рукой запас живой рыбы, но и во время непогоды воздерживаться от опасного рыболовного промысла. Филипповские садки использовались несколько сотен лет и перестали существовать, когда поступление морской воды в пруды значительно уменьшилось из-за поднятия суши в районе Соловецкого архипелага.

Мы возвращаемся в монастырь и после ужина идем на акафист преподобным Зосиме, Савватии и Германе Соловецких. Сосредоточенное неспешное пение акафиста братией монастыря длится больше двух часов.

Третий день – мы едем на остров Анзер – святое место для каждого русского человека. Русский Афон. Русская Голгофа. Изолятор СЛОНа.

Дорога на остров далась нам нелегко, сильный порывистый вечер, качка. Многим из нас стало не по себе, и некоторым понадобилось выйти на палубу, подышать свежим воздухом. Наконец катер бросает якорь около северо-западного мыса заветного острова. Сам катер не может подойти близко к берегу, и поэтому нас небольшими группами перевозят на берег в моторной лодке.

Мы попадаем на мягкий ковер растений. От берега, совсем похожего на тундру, мы движемся вглубь острова. Пейзаж начинает меняться, и мы заходим в настоящий лес. Нам предстояло в этот день проделать путь длиной в 11 километров. Идем с молитвой по дороге. До Свято-Троицкого скита - первого на этом острове - три километра. Инокиня предупреждает нас, что по Анзеру надо идти с молитвой. Она учит нас удивительной песне-молитве, которую пели паломники с Украины:

Пресвятая, Пресвятая Богородица, спаси нас!
Непобедимая Победа!
Святые Ангелы, Херувимы, Серафимы и Архангелы,
Молите Бога о нас!..

Погода со вчерашнего дня резко поменялась, +14 и мы едем, поеживаясь от холодного северного ветра.

Выходим к Троицкому скиту.


Анзерский Троицкий скит

С древности на Анзер стремились те иноки, которым и суровые соловецкие условия казались слишком мягкими. Они принесли с собой особенное уединение и умиротворение, круглогодичный строгий пост. Основатель Свято-Троицкого скита, монах Елеазар прибыл на остров в самом начале XVII века, чтобы подвизаться в уединенной жизни, своими руками построил келью. Но про него узнали и стали прибывать из Соловецкой обители монахи, желающие такой же подвижнической жизни. Монахи которого жили в срубленных собственноручно кельях в 200-300 метрах друг от друга. Собирались вместе только на совместную молитву в храме раз в неделю. Почитание старца Елеазара было так велико, что царь Михаила Феодорович просил преподобного молиться о даровании наследника, вызвал его в Москву и поселил в Чудовом монастыре до рождения наследника Алексея, будущего царя Алексея Михайловича. После рождения сына царь выразил свое уважение к анзерскому пустыннику, даровав ему грамоту, по которой Анзерский скит становился независимым от Соловецкого монастыря.

В Анзерскому скиту принял монашеский постриг священник Никита Минов, будущий патриарх Никон. Он был учеником преподобного Елеазара.

Сейчас скит оживает, отстраивается, восстановлен частично келейный корпус. Однако монахов, желающих столь строгой жизни, немного и работы идут медленно.


Привал перед Анзерским скитом

В 2003 году в храме Святой Троицы были обретены частицы мощей и деревянного гроба преподобного Елеазара Анзерского. Помолившись и согревшись в церкви во имя Святой Троицы, мы набираем поразительно вкусную сладкую воду, которую монахи привозят от источника преп. Елеазара и отправляемся дальше.

Через некоторое время мы выходим на прекрасный Богородичный луг. Здесь, по преданию, преподобному Елеазару явилась Пресвятая Богородица, и на этом месте с тех пор растут незабудки. Можно полежать на траве, послушать тишину и посмотреть на небо.

Далее наш путь пролегал через часовню на месте кельи, где первоначально подвизался пре. Елеазар. Инокиня рассказала, что в своей келье Елеазар страдал от бесовских искушений, но однажды перед ним явилась Пресвятая Богородица, вручила посох и четки, и сказала: «Мужайся и крепись, Господь с тобою, и напиши на стенах кельи: «Христос с нами уставися». (У анзерских подвижников вошло в обычай писать на дверях келий эти слова. Уставити – по-церковнославянски означает – удержать, не допускать). Вскоре после этого Елеазар принял схиму, а жить перебрался ближе к берегу, где и был основан первый анзерский скит: Свято-Троицкий.


Икона, на которой показано явление
Пресвятой Богородицы Анзерскому чудотворцу

Мы выходим к Поклонного кресту, с которого открывается вид на Голгофский скит. Издалека виден белый храм, который, как маяк, показывает, что мы практически у цели.

Что же такое анзерская Голгофа? Это возвышенность, которая, как сказала наш гид, находится на той же долготе, что и место Распятия Спасителя. И не соловецкие монахи так нарекли это место, а сама Пресвятая Богородица, еще за 200 лет до тех страшных событий, которые предвидела. В начале 18-го века преподобному Иову Анзерскому, бывшему духовнику Петра Великого, в тонком сне явилась Пречистая Дева, которая произнесла: «Эта гора отныне называется Голгофою; на ней будет устроена великая каменная церковь Распятия Сына Моего и Господа, и учредится скит. Я Сама буду посещать гору и пребуду с вами вовеки. Придет время, когда верующие на этой горе будут падать от страданий, как мухи». Ослушаться Божией Матери преп. Иов не посмел, исполнил в точности Ее заповедь. Был основан скит, названый Голгофо-Распятский.

В чем смысл пророчества Царицы Небесной, стало ясно в двадцатые годы 20-го века, когда скит превратили в штрафной изолятор. Сбылись слова Пресвятой Богородицы: пролилась здесь кровь множества русских людей, в том числе служителей Церкви, освятив это место. Во время эпидемии тифа, во второй половине 20-х годов, в Голгофо-Распятском скиту был устроен один из тифозных карантинов. Только за восемь месяцев 1929-1930 года здесь умерло 979 человек. Один из служащих больнички впоследствии вспоминал: «Картина, которую я застал по приезде, была ужасна, название Голгофы вполне оправдалось. В тесных помещениях, битком набитых людьми, стоял такой спертый воздух, что само пребывание в нем... казалось смертельным. Большая часть людей, несмотря на мороз, была совершенно раздета... Истощенные люди... скелеты, обтянутые кожей, голыми, шатаясь, выбегали из часовни к проруби, чтобы зачерпнуть воды в банку из-под консервов. Были случаи, когда, наклонившись, они умирали...»

Один из Соловецких новомучеников, особо почитаемых ныне братией, - святитель Петр, архиепископ Воронежский, окончил свой жизненный путь на Анзере. Он был сослан сюда за то, что крестил в водах Святого озера эстонку, что возбранялось лагерным начальством. Авторитет владыки был столь высок среди заключенного духовенства, что оно избрало его своим главой. Наглые тюремщики, привыкшие издеваться над осужденными, при встрече не только уступали ему дорогу, но и приветствовали. А он отвечал, осеняя их крестным знамением. На Анзере святитель работал счетоводом. Он отмечал, что в тихом месте чувствует себя практически пустынником. Пользуясь этим, владыка составил акафист преподобному Герману Соловецкому. Открытки с частями текста он отправлял по разным адресам своим духовным чадам. Позже кусочки сложили в один текст. В испытаниях владыка был спокоен и как-то сказал: «Как бы я хотел открыть свое сердце и показать вам, как страдания очищают сердце». Изначально он воспринял на себя все тяготы тюремного быта. Даже будучи больным тифом, он до самого последнего момента ухаживал за своими собратьями. Сохранились свидетельства, что в последние дни его жизни ему явилась великомученица Варвара и причастила его. Умирая, он выводил на стене слова: «Жить я больше не хочу, меня Господь к Себе призывает», не дописав этой фразы в третий раз испустил дух. Новомученик скончался 25 января 1929 года, в день почитаемой им иконы Пресвятой Богородицы «Утоли моя печали». Сначала тело архиепископа бросили в общую могилу. Однако позже заключенные получили разрешение перезахоронить архипастыря отдельно. Когда общую могилу открыли, то обнаружили, что все умершие лежали черные, а владыка был светел, как живой. Несмотря на запреты, его облачили и громко совершили отпевание. На могиле поставили крест. Один из очевидцев этого, священник, позже рассказывал: над засыпанной могилой в момент похорон появился столп света, а в нем – святитель Петр, который всех благословлял. Уже тогда присутствующие понимали, что хоронят священномученика. Честные останки новомученика Петра (Зверева) были обретены 17 июня 1999 года. Через год его прославили в лике священномучеников Собора новомучеников и исповедников Российских 20-го века.

Молимся в небольшой деревянной церкви Воскресения Христова 18 века. В этом старинном храме в лагерные времена был устроен морг, откуда трупы перетаскивались и затем закапывались рядом в братских могилах. Здесь же в 1999 году была найдена могила священномученика Петра (Зверева), епископа Воронежского и Соловецкого.

В храме удивительная молитвенная тишина и спокойствие, здесь с особенной внутренней силой откликаются в сердце слова антифона Великого Пятка: Днесь висит на древе, Иже на водах землю повесивый: венцем от терния облагается, Иже Ангелов Царь: в ложную багряницу облачается, одеваяй небо облаки: заушение прият, Иже во Иордане свободивый Адама: гвоздьми пригвоздися Жених Церковный: копием прободеся Сын Девы. Покланяемся Страстем Твоим, Христе: покланяемся Страстем Твоим, Христе: покланяемся Страстем Твоим, Христе, покажи нам и славное Твое Воскресение.

Мы идем на анзерскую Голгофу. Инокиня рассказывает нам о том, как богоборцы срубили на Анзере все поклонные кресты, как пытались заглушить голоса тех, кто стоял за правду Христову, но по слову Спасителя: «Если они умолкнут, то камни возопиют», так и вышло — удивительным образом у подножия анзерской Голгофы выросла береза, ветви которой простираются в форме креста. Именно здесь мы понимаем, что русская Церковь сораспялась Христу. Новые мученики за веру - это жертва за нас, за возможность нашего духовного возрождения, возможность нашего спасения, возможность возрождения всей России. Анзер - Голгофа русского народа.

Мы молимся в церкви Распятия Господня на горе Голгофе. Паломницы-монахини поют акафист, мы прикладываемся к мощам преп. Иова, и отец Сергий помазывает нас святым елеем.

Мы выходим из церкви, церковь кажется парящей в воздухе, вдали Белое море, темнеет лес, изумительная, завораживающая красота.



Медленно спускаемся и идем к пристани. Солнышко снова нас согревает и уже по спокойной глади воды плывем обратно.

Следующий день, суббота.


У трапезной Дома паломника

Метеорологи обещали проливные дожди, но мы все же решили дойти до Филипповой пустыни, которая находится в двух километрах от Соловецкого монастыря, на небольшом холме у Игуменского озера. Под грозными мрачными тучами выходим из гостиницы, но дождя нет, и мы довольно быстро доходим до пустыни.

Это место связано с памятью об игумене Филиппе. Филипп много времени проводил в пустыни в молитве и безмолвии, когда был ещё простым иноком. Став игуменом Соловецкого монастыря, он также часто уходил в пустынь. По преданию, когда царь Иван Грозный пригласил игумена Филиппа в Москву, перед избранием игумена митрополитом Московским, Филипп во время молитвы увидел Спасителя в терновом венце и оковах, что послужило предзнаменованием его мученической кончины. Как повествует летопись, «на месте этого явления брызнули из земли струи чистой ключевой воды». С тех пор в Филипповой пустыни соловецкие монахи сохраняли келью игумена, а в ней – камень, который Филипп клал себе под голову. Филиппова пустынь на Соловецком острове была местом для уединения, где селились схимники.

Сейчас здесь растут несколько старых кедров, поставлен Поклонный крест, восстановлены колодец и келейный корпус, построенный в середине XIX века. В Пустыни будет новое монастырское кладбище.

Мы молимся, читаем молитву святителю Филиппу.

Вечером перед всенощным бдением, мы исповедовались отцу Сергию и пошли к вечерне.

В монастыре изумительные по красоте и вдумчивости службы, серьезные, долгие. Неповторимое молитвенное пение не дает рассеиваться уму, но помогает собрать всего себя для молитвенного предстояния перед Богом.

Воскресенье, празднование Почаевской иконы Божией Матери, мы идем на Божественную Литургию.

Наместник Соловецкого монастыря, архимандрит Порфирий говорит в своей проповеди, о том, как важно просить у Господа об укреплении веры. Первое средство укрепления веры нам показано в Евангелии в словах несчастного отца бесноватого юноши: «Верую, Господи, помоги моему неверию» (Мк. 9, 24). Русской поэт Федор Тютчев в стихотворении «Наш век» точно поставил диагноз современного обществу:

Не плоть, а дух растлился в наши дни,
И человек отчаянно тоскует...
Он к свету рвется из ночной тени
И, свет обретши, ропщет и бунтует.
Безверием палим и иссушен,
Невыносимое он днесь выносит...
И сознает свою погибель он,
И жаждет веры... но о ней не просит.
Не скажет ввек, с молитвой и слезой,
Как ни скорбит перед замкнутой дверью:
«Впусти меня! – Я верю, Боже мой!
Приди на помощь моему неверью!..

Мы немощны и слабы, мы понимаем, что в нас мало веры и мы должны просить у Господа помочь избавиться от одержимости грехом, чтобы исцелиться и уверовать в Бога с еще большей силой.

Братия монастыря идет крестным ходом вокруг мощных стен обители, и мы едва успеваем за ними.









Через час, мы уже прощаемся с Соловецким монастырем и плывем на Заяцкий остров.

Экскурсовод Николай Николаевич рассказывает нам, что гавань Большого Заяцкого острова - древнейшая из сохранившихся на территории России.

Мы идем в деревянный храм Андрея Первозванного, по преданию, построенному в 1702 году по приказу Петра Первого, который несколько раз был на Заяцком острове. Считают, что именно в этом храме на Большом Заяцком острове был освящен Андреевский флаг. Тот самый, который стал военно-морским флагом России.

Николай Николаевич, поясняет, что в то время, когда Петр Первый посещал Большой Заяцкий остров, шла Северная война между Россией и Швецией. После освящения Андреевского флага в островном храме Петр совершает свой знаменитый переход по так называемой «государевой дороге». Эту дорогу в течение двух месяцев строили пять тысяч крестьян, собранных с северных уездов. Она была прорублена в лесах и проложена через непроходимые болота – 170 километров. Шесть мостов через реки. Чтобы перетаскивать корабли, дорогу пришлось вымостить. За 10 дней Петр Первый провел по «государевой дороге» всю свою гвардию. Некоторые источники говорят, что даже перетащили два фрегата до Онежского озера. Оттуда по реке Свирь Петр спустился в Ладожское озеро и захватил крепость Нотебург (Орешек), которая запирала выход к Балтике. А через год, в мае 1703 года, в устье Невы на Заячьем острове был заложен Санкт-Петербург, будущая столица России. Заяцкий остров. Заячий остров. Вы думаете, это просто совпадение?

В XVIII веке в Андреевской пустыни была устроена монастырская «таможня» для проверки всех приходящих в монастырь судов, чтобы «не привезли чего недозволенного» (вина, табака) и во время эпидемий в монастырь не попали бы заболевшие.

Во время Соловецких лагерей на Заяцком острове разместился штрафной изолятор для женщин, которые были замечены в связях с мужчинами, и внутреннее убранство церкви были частично разграблено, частично уничтожено. Несмотря ни на что деревянная церковь перенесла все жизненные перипетии и дожила до наших дней, являясь главным украшением острова.

Мы идем по деревянным настилам, поскольку это место заповедное, в глубь острова. Природа как в тундре, так называемая «псевдо-тундра», ведь на острове нет вечной мерзлоты: карликовые березы по пояс, мхи, лишайники и растительность сочного зеленого цвета. Мы не перестаем удивляться уникальной красоте этого острова, где древние каменные лабиринты, загадку которых так и не могут разгадать ученые, соседствуют с фантастической природой.

Именно на Большом Заяцком острове расположен самый большой на русском Севере лабиринт. Его диаметр составляет 25,4 м, а всего на острове находятся 13 лабиринтов и около 900 каменных груд.



Мы делаем прощальные снимки на память и спешим на катер. Через два часа мы уже подплываем к причалу в Кеми.

Кажется, что мы возвращаемся с Соловков немножко другими. В этих местах особенно чувствуется близость Бога, которую невозможно изъяснить словами, но которая так действенна и ощутима сердцами человеческими. Как пишет один из летописцев: «Кто придет во обитель Спасову к преподобным отцам нашим Зосиме, Савватию и Герману чудотворцам… как птица от сети избавится… и от тьмы на свет выйдет. Иным становится человек, будто снова родится свыше - Духом благодати Божией».

Тропарь Собору Соловецких святых

Взыску́юще Христа́ вожделе́ннаго би́сера во страну́ полу́нощную востекли́ есте́, и по́двигом первонача́льников Солове́цких поревнова́вше, леса́ и пусты́ни облагоуха́ли есте́ свои́ми Богоуго́дными моли́твами. Тем же и Христо́с вас просла́ви, и мы вам вопие́м: вси святи́и Солове́цтии, моли́те Бо́га спасти́ся душа́м на́шим.

Фотографии Виктор Грибалев, Виктория Сенчугова

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]