«Недоступность» святости

Святость: реальность не для этого мира?

У некоторых христиан существует мнение, согласно которому святость есть «нечто», не имеющее никакого отношения к миру, в котором мы живём. Когда такие люди говорят или думают о святости, они понимают её как что-то сверхъестественное, что не может произойти с ними самими. Святых Церкви они считают почти что сказочными, мифическими персонажами, которые жили «когда-то» и, похоже, в каком-то другом измерении. Наверное, для них святые вовсе даже и не были людьми. Понятно, что такая точка зрения ставит святость на очень высокое место. Однако разделять это мнение могут лишь те, кто только «по имени» христиане, которые никогда не читали и не слышали ничего существенного и правдивого о своей вере. Подобное состояние практически ничем не отличается от безбожия.

Святость: только для подвижников?

Люди, разделяющие эту точку зрения, недалеко ушли от предыдущих. Они считают, что святость – это реальность для тех, кто ведёт «сверхъестественный» образ жизни, т.е. аскетов. Но совершенно точно не для обычных людей.

Итак, в данном случае святость понимается как нечто «сверхчеловеческое» и «абсолютное». Если «зрить в корень», то как первая, так и вторая точка зрения проникнуты ересью отрицания вочеловечения Христа.

Святость: цель христианской жизни

В христианской вере святость понимается совершенно другим образом. Во-первых, она составляет постоянную волю Божию для человека. «Ибо воля Божия есть освящение ваше» (1 Фес.4:3), «Будьте святы, потому что Я свят» (1 Пет. 1:16).

Фундамент освящения человека как цели его жизни – это уверение, что каждый человек есть образ Божий. Человек призван освятиться, прожить всё то, что есть Бог, поскольку таким Он его создал – «по образу и подобию» Своему. Разница заключается в том, что Бог – по Своему существу Святой и Источник святости, а человек делается святым по благодати и участию Божию. И это означает, что человек становится святым в той степени, в которой он соединяется со Христом и живёт Его жизнью, поскольку Христос – это Явление Бога в мире. Соответственно, степень святости человека полностью зависит от степени его воцерковлённости, потому что Церковь – это живое Тело Христово.

Главные элементы святости, по вере нашей Православной Церкви, следующие:
- вера в Бога-Троицу,
- любовь к ближнему,
- смирение.

Вера в Троичного Бога, Которого явил Иисус Христос

Это означает полное и однозначное принятие всей веры Церкви, поскольку именно Церковь хранит Откровение Христа. Не существует такого святого, у которого была бы «своя вера». Вера святого – это вера Церкви, следовательно, святой несёт внутри себя всё церковное Предание. Какие-либо импровизации и выборность в этом вопросе («вот в это я верую, а в то – нет») никакого отношения к святости не имеют.

Любовь к ближнему приводит в действие веру

Святой – это человек любви. Поскольку Бог есть Любовь, значит, и святой, который в своей жизни являет Бога, – он тоже есть любовь. «Бог есть любовь, и мы познали любовь, которую имеет к нам Бог» (1 Иоан. 4:16). Где есть любовь, там совершенно точно есть живая вера, как об этом говорит апостол Павел: «вера, действующая любовью» (Гал. 5:6).

Смирение – критерий подлинности веры и любви

Этот последний элемент святости является определяющим и большинству людей наименее известным. Смирение – показатель того, что человек обладает правильным и полным представлением о самом себе, а значит, он правильно понимает и Бога, и своего ближнего.

Просто необходимо правильно трактовать смысл смирения, которое противоположно не только смиреннословию или смиренному внешнему виду, но и – тем более – приниженности, раболепию, подобострастию и угодничеству. Сам Господь наш Иисус Христос – основа и источник святости – был смиренным и жил соответственно, что абсолютно подтверждает высказанную истину. «Научитесь от Меня, ибо я кроток и смирен сердцем» (Матф. 11:29). Поэтому и наши святые говорят о том, что «смирение есть украшение божества» (Исаак Сирин), как и о том, что, «где нет смиренномудрия, там все наши дела суетны» (Иоанн Лествичник).

«Для того, чтобы сохранить благодать, – уверяет святой Силуан Афонский, – надо всегда смиряться. И Господь того, кто труждается для Него, милосердно смиряет. Антоний Великий как-то раз поддался помыслу, что в пустыне он старейший и совершеннейший из всех, но Господь направил его к Павлу Фивейскому, и увидел Антоний человека более старого и более совершенного, чем он.

Святой Зосима подумал, что, вот, он с детского возраста подвизается в монастыре, и кто же может его научить чему-то новому в монашеской жизни, однако его смирила святая Мария Египетская. Так, увидел он, насколько был далёк от её меры.

Святого Тихона Задонского смирил один Христа ради юродивый, дав ему пощёчину и сказав: «Не превозносись».

Таким образом, Господь милосердно смиряет святых, чтобы они до конца оставались смиренными. А нам ещё более необходимо смиряться. И я день и ночь прошу у Бога Христова смирения. Жаждет дух мой приобрести его, потому что это высочайший дар Святого Духа. В смирении Христовом заключаются и любовь, и мир, и кротость, и воздержание, и послушание, и долготерпение, и, вообще, все добродетели».

Два пути к святости: монашеская жизнь и жизнь в браке

Согласно учению наших святых, в христианской жизни есть два пути, которые помогают человеку идти к святости: монашеская жизнь и супружество. По словам святого Афанасия: «Два пути есть в жизни, один более умеренный и более присущий человеку, то есть брак, а другой – ангельский и несравненный, а именно, девство». Наша вера не принимает «свободный» образ жизни. В данном случае под свободой понимается отрицание любых обязательств и сознательный выбор жить «как хочешь», независимо от воли Божией. Такая «свобода» греховна, поскольку укрепляет эгоистический образ жизни.

Впрочем, наша Церковь понимает и принимает также тех людей, которые по различным причинам не последовали ни по одному из двух путей – или потому, что не нашли подходящего спутника жизни, или из-за того, что полностью посвятили себя науке или искусству, либо от того, что почувствовали себя обязанными ухаживать за своими больными родителями. Причиной может оказаться и желание некоторых людей послужить Богу в миру в особенном качестве – как миссионеры. В любом случае, выбор всех этих людей не носит эгоистический характер.

Необходимо особо подчеркнуть, что оба жизненных пути – и монашеский, и супружеский – это всего лишь пути, но не самоцель. Они должны привести к жизни в любви. А, поскольку любовь проходит через брань против эгоизма, эти два жизненных пути носят аскетический характер. Аскетизм монашеской жизни виден в исполнении обетов послушания, нестяжания и целомудрия, тогда как аскетическая направляющая супружества – во взаимном послушании супругов, в их общем владении собственностью и соблюдении супружеской верности.

Эти добродетели не случайны. Они направлены на уничтожение себялюбия – корня всех страстей – и его ответвлений: тщеславия, сребролюбия и сладострастия.

Несмотря на то, что оба пути ведут в одном и том же направлении, нельзя не признать, что монашеская жизнь имеет приоритет, поскольку даёт больше поводов к стяжанию любви и смирения. Не будем забывать, что монашество называется «ангельским чином», а также то, что монахи – это свет для жизни мирян, по известному выражению святого Иоанна Лествичника: «Свет монахам – ангелы, а свет мирянам – монахи».

Человеку, который живёт духовной жизнью, нужно быть внимательным, поскольку очень часто желание стяжать добродетели становится поводом для хвастовства, тщеславия и гордыни. Гордость не только принижает духовную жизнь, но и буквально демонизирует её. Фарисеи в эпоху земной жизни Христа были образцами поста, молитвы и даже милостыни. И всё же именно они услышали «увы!» от Господа. В дополнение хотелось бы привести одну историю из «Отечника» – пример святого Антония и сапожника из его родного села. В итоге сапожник, живший в селе, оказался духовно равным святому Антонию, как тому открыл Бог.

Вывод очевиден: и монахи, и люди, живущие в супружестве, могут стать святыми. Каждый по своему пути, они движутся в одном и том же направлении и с одними и теми же предпосылками. Необходимость и возможность освящения – это данность в Христианстве. Может различаться лишь степень святости.


Святые праведные Иоаким и Анна

Святые, жившие в браке

Есть множество примеров святых людей, живших в супружестве, имена которых помещены в святцы нашей Церкви. Такие святые как апостол Пётр, апостол Филипп, апостол Клеопа, святой Григорий Назианзин, отец святого Григория Богослова, святой Григорий Нисский, брат святого Василия Великого, святой Константин, святая Елена, святая Ирина, святая Васса, святая София и сотни других святых относятся к этой категории, служа утешением, поддержкой и примером для подражания всем мирянам-супругам.

«В миру подвизающиеся» встречают в минеях и синаксариях таких святых, которые, будучи столь же, как и они, подвержены мирским страстям, искусно боролись против искушений, преодолевали проблемы, избегали ловушки, которые им расставляли дьявол, мир, родственники, даже родители, супруги и дети. Сегодняшние миряне, живущие в браке, возможно, встретят на этих страницах ответы на свои вопросы, подсказку в решении проблем, которая обычно предстаёт в виде стяжания терпения, смирения, веры и доверия Богу. Они найдут примеры упорства в молитве, героизма и жертвенности, венцом которых служит любовь.

Единственным возражением и протестом со стороны современных мирян, живущих в браке, по поводу этой группы «святых супругов», о которых они читают в житиях или богослужебных канонах, является тот факт, что и в данном случае посвящение Богу представляется в текстах или как взаимный и полный отказ супругов от супружеских отношений (так называемый «белый брак»), или в качестве конечного выбора предлагается то же монашество. Но и на эти вполне законные возражения есть ответ.

Во-первых, синаксарии и минеи писались монахами, которые зачастую хотели возвысить свой образ жизни, ведь люди судят о разных вещах согласно своим установкам, «со своей колокольни».

Во-вторых, Церковь всегда проявляла заботу о мирянах, живущих в супружестве, чтобы они не забыли об эсхатологическом взгляде на жизнь, о чём говорит апостол Павел: «ибо не имеем здесь постоянного града, но ищем будущего» (Евр. 13:14) и «проходит образ мира сего» (1 Кор. 7:31). И это происходит от того, что для мирян есть большая опасность, что они забудут основную цель жизни, своё освящение, и полностью запутаются в проблемах, связанных с выживанием, работой, семейными отношениями и пр.

Апостол Павел призывает к воздержанию, которое необходимо даже людям, живущим в браке. Временное воздержание помогает не забывать главное жизненное направление – к Богу, – Который есть конечная цель всего, в том числе и семейной жизни. «Не уклоняйтесь друг от друга, разве по согласию, на время, для упражнения в посте и молитве» (1 Кор. 7:5).

Связь между супругами не заканчивается их смертью, она переходит в вечность, но уже на духовном уровне, в свете Христовом. Вспоминается один случай, который произошёл с известным святым старцем нашей эпохи отцом Порфирием. Отошёл ко Господу один батюшка, о. Иоанн К., и о. Порфирий увидел его в Раю сияющим. Примерно через тринадцать лет умерла и матушка, пресвитера Мария К. Когда их сын спросил о. Порфирия, видит ли тот и его мать, старец ответил: «Как же они радуются! Я их вижу – они обнимаются, целуются и вместе сильно радуются в Раю».

Но вернёмся к самому первому нашему вопросу о том, могут ли миряне-супруги стать святыми. Помимо всего того, о чём было рассказано выше, ответ на этот вопрос находится и в словах святого Иоанна Лествичника, которые, думается, составляют мнение нашей Церкви по данной теме.

«Некоторые люди, нерадиво живущие в мире, спросили меня, говоря: “как мы, живя с жёнами и оплетаясь мирскими попечениями, можем подражать житию монашескому?” Я отвечал им: “все доброе, что только можете делать, делайте; никого не укоряйте, не окрадывайте, никому не лгите, ни перед кем не возноситесь, ни к кому не имейте ненависти, не оставляйте церковных собраний, к нуждающимся будьте милосерды, никого не соблазняйте, не касайтесь чужой части, будьте довольны оброки жен ваших. Если так будете поступать, то не далеко будете от Царствия Небесного”» (Лествица, 1:21)

Отрывок из книги греческого священника Георгия Домбарáкиса «Связи и отношения», Перевод монахини Екатерины
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]