Сиеккинен-Сумарокова Татьяна

Суровая арктическая зима...
Длинная полярная ночь. 
- Какая своеобразная? - размышляла я, всматриваясь в голубоватые сумерки.
Рассветает около полудня, видимость примерно два часа, а затем опять ночь. Бывают, конечно, ясные дни, когда слабый солнечный свет усиливается, отражаясь от чистого белого снега. Но чаще небо затянуто тёмными хмурыми тучами, тогда совершенно темно и грустно...
- Как жить дальше? Скорее устроиться бы на работу! Возьмусь за любое дело, главное - заработать на первое время.
Мысли молоточками постоянно стучали в голове, не давая покоя.
- Таня, сегодня поедем в церковь. - прервал однажды мои размышления Тимо.
- В православную? 
- В лютеранскую.
- Зачем? - удивилась я.
-  По нашим законам семейное положение надо закрепить в церкви и в магистрате, а после этого сразу подадим документы на получение квартиры.  Все документы надо оформлять незамедлительно. 
Он протянул мне стопку бланков, чтобы я поставила там свои подписи.
- А почему тексты в бланках на двух языках? - удивилась я.
- В нашей стране два государственных языка: финский и шведский. - объяснил  Тимо.
Лютеранская церковь гостеприимно распахнула перед нами свои двери. Через небольшой  зал, заполненный старинными скамейками, навстречу к нам вышел священник. Он с улыбкой поприветствовал нас, затем, внимательно просмотрев документы, обратился ко мне:
- Вы, православная?
- Да! 
- Вы можете принять лютеранство и быть одной веры с мужем. – доброжелательно улыбнувшись, добавил. - Выбор за Вами.
На какое-то время я немного растерялась. Душа, сжавшись в маленький комочек, притихла.  Перед глазами внезапно возникли образы мамы и бабушки. Я почувствовала, как бесценная нить, связывающая нас, натянулась и задрожала  ... вот-вот оборвется раз и навсегда!
 - У меня кроме моей веры ничего не осталось...Я православная и ею останусь! - тихо, почти шепотом, произнесла я.
Священник одобрил мое решение крепким рукопожатием и торжественно произнёс:
- В первую очередь надо любить Бога, и не важно, какой ты национальности и какого вероисповедания.
Пожелал нам Божьей помощи.  
Мы отправились дальше.
Просёлочная дорога вела нас к автомагистрали. Я смотрела в окно и любовалась зимним пейзажем. 
Пушистый снег заботливо укутал своим нежным покрывалом лес и поле. Небольшие хуторки соединены аккуратными дорожками, вдоль которых установлены красивые, словно игрушечные,  почтовые ящики. Каждый, из этих искусно сделанных ящиков, говорит о высоком художественном мастерстве хозяина дома.  
Опрятные дома  стоят в окружении яблонь, черноплодной рябины, кустарников. С  веток деревьев, словно новогодние шары, свисают красные домики – кормушки, а на кустарниках  - пушистые пучки овса.
 - Какие интересные кормушки! Своими широкими окнами и арками они напоминают дома! - восхищалась я.
- Те кормушки, что с арками, - для белок, а домики с маленькими окошками - для птиц.
У хозяев с птицами заключён особый договор. - улыбался Тимо. - Хозяин помогает птицам прокормиться снежной зимой, а птицы весной  в знак благодарности радуют хозяев своими потрясающими концертами.
- А соловьи у вас поют весной? - с волнением спросила я.
- Поют, Таня! - успокоил меня муж. - Ещё как поют!
- А как на финском языке будет «соловей»? 
- Сатакиели.  
- Это значит «стоголосый»! - улыбнулась я.
Я ехала и всё размышляла:
- Что же в этом народе такое мудрёное? Чем они приручили природу? Как завоевали уважение к себе? 
Меня не переставали удивлять скромность и  простота этой страны.  Городские улицы опрятны, а тротуары и булыжные мостовые безукоризненно выровнены. Общественные беленькие туалеты, с душем в каждой кабине, стерильной чистоты.
- Идеальный порядок! Причём везде! – не выдержала я...
- Мы с детства привыкаем к порядку! - улыбался в ответ Тимо.
Я  подумала о том, какие счастливые они, финские дети, рождённые в стране налаженного порядка и уважения. С молоком матери они впитывают любовь и уважение к порядку, к природе, к людям, а, значит, к своей Земле, которая потребовала много жертв и крови.
Наконец, мы прибыли в жилищную контору. Я ожидала привычного высокомерия и грубого отношения со стороны чиновников, но при составлении заявления на квартиру встретила  простое человеческое участие и помощь.
В течение недели мы получили ордер на квартиру.
И вот я уже прошлась по её комнатам.
В окно просторного зала приветливо заглядывали верхушки елей и сосен, усыпанные шишками. От ветра они покачивали своими пушистыми ветвями, словно приветствовали нас.
Из  окна другой комнаты можно было видеть закатный горизонт.
Светлую  кухню украшали беленький гарнитур, холодильник, плита. Всё на своём месте.
- Заходи и живи! - весело подмигнув, улыбнулся Тимо и добавил: - Таня, сауна и прачечная находятся внизу, на цокольном этаже.
Радость и восторг переполняли душу:
- Господи, спасибо Тебе, теперь у нас есть своя крыша над головой. - обратилась я к Богу.
Переезд, приятная суета…  
- Завтра у Анастасии начинается школа. - объявил однажды Тимо.
- Форму, наверное, надо? Книги, тетради! – волновалась я. – Интересно, в какой класс она попадёт?
- Тимо, расскажи о финских школах, о правилах поступления и обучения. Хочется знать, что нас ожидает. - попросила я мужа.
Он удобно расположился и начал свой рассказ.
- Ну, хорошо, слушайте! В Финляндии школа двух ступеней: младшее звено (alakoulu) - с 1-го по 6-й класс и среднее (yl;koulu) - с 7-го по 9-й класс.
Думаю, что по возрасту, Анастасия попадёт в среднюю школу. А позже,  в дополнительном 10-м классе,  может улучшить свои знания и отправиться в профессиональный колледж, или продолжить учебу в лицее (lukio), это как у вас, в России, - 11–12 классы. Она впоследствии сама решит, какое образование выбрать. А всё необходимое у нас выдают в школе.
- Как всё? - удивилась я.
- Да! Обучение бесплатное. А также бесплатны: обеды, экскурсии, музеи, школьное такси, учебники, все канцелярские принадлежности, калькуляторы,  ноутбуки-планшеты.
Таня, не волнуйся! - успокаивал меня муж. - Форма в наших школах отсутствует, так же как и какие-то требования по поводу одежды, можно прийти хоть в пижаме. Сменная обувь требуется, но большинство детей младшего и среднего звена предпочитают бегать в носках.
В стране принята 10-балльная система, но до 7-го класса применяется словесная оценка.
Тимо улыбнулся и продолжил:
- Любые сборы родительских средств на любые цели запрещены.
- Надо же какие у вас порядки! - удивлялась я.
- Ещё много всего интересного предстоит узнать Анастасии! - подбодрил Тимо.
Волнение всё ещё не отпускало.
- Ну, ничего! - успокаивала я себя и дочь. - С Божьей помощью всё наладится.
Дни шли за днями, недели за неделями. Жизнь шла спокойно и размеренно. Дочь пошла в финскую школу, а мне предоставили обучение в учебном центре для взрослых.

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]