Считают безумные в сердце своём,
Что Бога-то нет, и нигде, и ни в чём!
При этом на деле, чего ни начнут,
Не ведают что, и зачем это тут.

Если хочешь писать - то пиши,
И за модой не стоит гоняться.
Это зов наболевшей души
За перо заставляет нас браться!

Ты же видишь, мой Господи, горести
Я пытаюсь терпеть старательно,
В каждом деле всегда по совести
На Тебя уповать обязательно.

Как страшно онемение души,
Когда от напряженья выгорают чувства...
Потоки горя всё должны бы увлажнить ,
Но почему-то в сердце твоем пусто...

Душа бессмертная сокрыта в бренном теле,
Полна и дум, и чувствий, и молитв,
Как узница в тюремной мрачной келье,
Пороком связана, и все у ней болит...

Гул затих. Я вышел на подмостки.
Прислонясь к дверному косяку,
Я ловлю в далеком отголоске,
Что случится на моем веку.

Кто будет молиться за нас, За наши бессмертные души?

На карте лет есть снежные вершины –
Минутной славой венчаны они.
На карте лет есть топи, есть низины –
То месяцы разлук и в скуке дни...

Все эти бабочки отважные
И лепестки и листья влажные,
Земли преображая лик,
Живут, рискуя каждый миг.

Меня балуют без конца,
Сто лет живу, а всё балуют,
То дождик в щёчку поцелует,
То солнце воду пьёт с лица.