В ком любовь, тот никем никогда не гнушается, малым и великим, славным и бесславным, бедным и богатым: напротив, тот сам вся покрывает, вся терпит (1 Кор. 13, 7).

«Господи, пошли мне память смертную», — повторяем мы за Иоанном Златоустом в вечерней молитве. И что же — есть она в нас, эта самая смертная память? И что она такое и почему она нам так нужна? Для того, чтобы мы боялись ответа за свою жизнь и старались поменьше грешить? Да, но не только для этого.

Оптинские старцы всегда утешали тех, кто перенёс потерю родных и близких, находили для них слова любви, давали советы, как правильно поминать усопших.

Очень по-разному можно жить. Можно – жизнью полной, насыщенной, яркой, богатой событиями и делами, причем такими, за которые не приходится стыдиться.

Какая синева – без высоты?
Какое Рождество – без обещанья?
Родился Бог, a, это значит, ты –
Любимейшее Божее созданье.

Отче наш! Сына моленью внемли!
Все-проникающую,
Все-созидающую,
Братскую дай нам любовь на земли!

Любил я тихий свет лампады золотой,
Благоговейное вокруг нее молчанье,
И, тайного исполнен ожиданья,
Как часто я, откинув полог свой,

Набрать бы мне пушистых одуванчиков
И улететь от мелочных забот
В страну, где маленькие девочки и мальчики
Не зная зла, живут за годом год.

Процесс достижения человеком зрелости зависит от того, как он реагирует на жизненные трудности, на тот или иной вызов, бросаемый ему жизнью. Незрелый человек видит одни только трудности - он так близко подносит их к своим близоруким глазам, что не видит ничего, кроме этих проблем, и обращает мало внимания на свои собственные реакции, которые, в сущности, оказываются гораздо важнее. Трудности приходят и уходят, а наши реакции на них остаются.

Господь наш Иисус Христос совершенно ясно говорит об отличительном признаке христиан: «По тому узнают люди, что вы Мои ученики, что будете иметь любовь между собою… Любите друг друга, как Я возлюбил вас… вот Я заповедаю вам - да любите друг друга». Святой апостол Иоанн в своем первом послании напоминает нам о том, что если мы не любим окружающих нас ближних, которых видим, мы не можем любить Бога, которого не видим.