Марина Гаталова

Русская Православная церковь
в годы Великой Отечественной войны.
Ленинградская епархия. Блокадные пастыри.

В этом году печальная для нашей страны дата - 22 июня - юбилейная. Исполняется 80 лет со дня начала Великой Отечественной войны.

Постановлением Президиума Верховного Совета Российской Федерации от 13 июля 1992 года этот день назван Днем памяти защитников Отечества, а Указом от 8 июня 1996 года переименован и отмечается ныне как День памяти и скорби. В этот день приспускаются государственные флаги, отменяются все развлекательные мероприятия, возлагаются венки и цветы к местам захоронения погибших и умерших воинов. Страна скорбит по всем нашим соотечественникам, ценой жизни защитивших Родину в Великой Отечественной войне и освободивших народы Европы от фашистского ига.

Немалую лепту внесла в победу над фашизмом Русская Православная Церковь. С первых веков принятия христианства на Руси перед началом военных походов и решающих сражений русские воины получали благословение священства на ратные подвиги. Во время больших и малых войн Церковь всегда усердно молилась о даровании победы русскому воинству.

Известно, что после установления богоборческой власти Русская Православная Церковь подверглась гонениям. Закрывались и разрушались монастыри и храмы, изымались церковные святыни и ценности, арестовывались и умерщвлялись священнослужители. К июню 1941 года действующими оставались только два митрополита – Местоблюститель Патриаршего Престола митрополит Московский и Коломенский Сергий Страгородский и митрополит Ленинградский Алексий Симанский, каждый из них имел по одному викарию. Кроме того, существовало 2 экзархата Русской Церкви с центрами в Луцке и Вильно. Экзархом Волыно - Луцкой епархии был митрополит Николай Ярушевич, который с начала войны находился в Москве и даже управлял Московской епархией во время нахождения Местоблюстителя митрополита Сергия в эвакуации в Ульяновске (до 31 августа 1943 года).

По существу, к этому времени организационная структура Русской Православной Церкви была на грани уничтожения, большая часть духовенства подверглась репрессиям. Ныне трудно представить в каких условиях приходилось священству окормлять свою паству. Но уже через несколько часов после нападения фашистской Германии, после Божественной Литургии, митрополит Сергий произнес проповедь, в которой объявил о начале войны и призвал православных встать на защиту Родины. По указанию Владыки Сергия эта проповедь была распечатана и разослана по действовавшим храмам, её зачитывали с амвонов. Хотя по действующей Конституции Церковь была отделена от государства и не имела права на вмешательство в государственные дела и политическую деятельность страны, к митрополиту Сергию не было принято репрессивных мер, а его патриотический призыв распечатывался государственными типографиями и разбрасывался с самолетов даже по другую сторону фронта. Вероятно, советская власть, обратившаяся с воззванием о защите Родины много позднее митрополита Сергия, оценила значение такой позиции Церкви для обороны страны, более половины населения которой, согласно переписи от 1937 года, назвали себя православно верующими.


Местоблюститель митрополит Сергий Страгородский

26 июня 1941 года митрополит Сергий отслужил в Богоявленском соборе молебен о даровании победы. И с этого дня во всех действующих храмах стали служить такие молебны по специально составленным еще во время Отечественной войны 1812 года, текстам («Молебен в нашествии супостатов, певаемый в Русской Православной Церкви в дни Отечественной войны»). Начавшаяся война стала возвращением к религиозным основам жизни после двух с лишним десятков безбожных лет. С осени 1941 года были закрыты антирелигиозные организации, распущен Союз воинствующих безбожников, прекратились аресты священнослужителей. Митрополитам Сергию Страгородскому, Алексию Симанскому и Николаю Ярушевичу не препятствовали распространять патриотические воззвания к пастве. С 1942 года начала восстанавливаться приходская жизнь в Москве, в других крупных городах и в прифронтовой полосе.

С самых первых дней войны приходы православных храмов начали сбор пожертвований в фонд обороны, в виде денежных средств, ювелирных изделий, одежды, обуви, продовольствия. В сборах пожертвований участвовали даже самые маленькие сельские приходы, внося свою посильную лепту. Средства для помощи воинам, сражавшимся с фашистскими захватчиками, собирались и на оккупированных территориях. На собранные Церковью средства была создана воздушная эскадрилья имени Александра Невского, а также танковая колонна «Димитрий Донской». В день передачи танковой колонны армии (8 марта 1944 года) состоялся митинг, на котором присутствовали Патриарх Московский и всея Руси Сергий и митрополиты Алексий и Николай.

Многие священнослужители, в том числе и митрополит Ленинградский Алексий, перечисляли деньги на помощь фронту из своих личных средств.


Митрополиты Алексий, Сергий и Николай

Существенное улучшение отношений государства и Церкви произошло в сентябре 1943 года после встречи в Кремле Местоблюстителя митрополита Сергия, митрополитов Алексия и Николая со Сталиным. В результате этой встречи было получено разрешение на проведение Архиерейского Собора для избрания Патриарха, а также на открытие духовных школ. Церкви был передан особняк в Чистом переулке. Решением Архиерейского Собора от 8 сентября 1943 года митрополит Сергий был избран Патриархом Московским и всея Руси.

Особые испытания постигли Церковь в нашем городе. К началу войны Ленинградскую епархию, в состав которой входили приходы 21 храма, возглавлял митрополит Алексий Симанский. Пригородные храмы оказались на оккупированной территории. В городе и северных пригородах в ведении Владыки Алексия осталось 6 храмов: Кафедральный Николо-Богоявленский морской собор, Князь-Владимирский собор и церкви: Никольская Большеохтинская, Волковская кладбищенская во имя св. Иова, Коломяжская во имя св. вмч. Димитрия Солунского, и наша Спасо-Парголовская. Также действовали обновленческие храмы, находившиеся в ведении протопресвитера Алексия Абакумова – Спасо - Преображенский собор, кладбищенская Серафимовская церковь, Князь - Владимирская церковь в пос. Лисий Нос, и иосифлянская Троицкая церковь в Лесном (настоятель иеромонах Павел Лигор). Во время блокады иосифлянский и обновленческие храмы вернулись в лоно Русской Православной Церкви. Всего в городе было зарегистрировано 28 священников и около 30 приписных и заштатных.

Митрополит Алексий находился со своей паствой в блокадном городе все 900 дней, укрепляя дух горожан и разделив с ними все тяготы - голод, холод, бомбежки и обстрелы. Вечером 22 июня он провел службу в Николо-Богоявленском морском соборе, сказав в проповеди, что испытывает глубокую скорбь за любимый Ленинград и призвал всех жителей города с оружием в руках защищать страну: «Война - священное дело для тех, кто предпринимает ее по необходимости, в защиту правды… Потому-то Церковь и благословляет эти подвиги и все, что творит каждый русский человек для защиты своего Отечества».

26 июля 1941 года митрополит Алексий обратился к верующим Ленинградской епархии с посланием «Церковь зовет к защите Родины» с предсказанием поражения гитлеровских войск и отмечая активное участие ленинградцев в сборе пожертвований на нужды фронта. За период войны верующими епархии было пожертвовано около 16 миллионов рублей. Понимая важность партизанского движения на оккупированных территориях, Владыка призывал население подвизаться за веру, свободу и честь Родины, помогать партизанам и самим вступать в их ряды: «проявляйте себя как подлинно Божий, преданный своей Родине и своей вере народ».

Это обращение митрополита Алексия было в листовках распространено за линей фронта среди партизан и населения оккупированных территорий, духовно укрепляя их в борьбе против фашистов. Такие призывы порождали патриотическое движение среди населения. Владыка Алексий вспоминал, как прихожанин Никольского собора - слепой юноша ушел в армию вместе с пятью слепыми товарищами. Они были определены в группу прослушивания немецкого эфира и определяли шум вражеских самолетов задолго до их налета на Ленинград.


Митрополит Алексий

Священнослужители наравне со всеми принимали участие и в обороне города. Те, кто не ушли в армию, народное ополчение, на оборонительные работы, входили в состав групп местной противовоздушной обороны, изучали средства защиты в случае попадания снарядов в храм.

Первая блокадная зима унесла жизни многих горожан. В городе не было электроэнергии, теплоснабжения, прекратилось движение транспорта. В не отапливаемых храмах замерзало масло в лампадах. Люди умирали от голода и холода. Выступая на Нюрнбергском процессе в качестве свидетеля, ленинградский протоиерей Николай Ломакин рассказал, что ежедневно только в Большеохтинской Никольской церкви можно было увидеть более 200 гробов, над которыми совершали отпевание священники.

Большие потери были и среди духовенства. Только в первую блокадную зиму в Князь-Владимирском соборе умерло 8 клириков, в Николо-Богоявленском соборе во время богослужения умер регент. К концу зимы 1941-1942 года из 34 певчих Никольского собора осталось только 3. Умерли священники церквей св. Иова на Волковском кладбище Евгений Флоровский и Никольской Большеохтинской – Николай Решеткин. Зимой 1941 года умер настоятель Серафимовской церкви протоиерей Гавриил Васильев. Унесла смерть и келейника митрополита Алексия инока Евлогия. Из пяти священников Спасо-Преображенского Собора умерли трое, в том числе и настоятель протопресвитер Алексий Абакумов.

Серафимовская кладбищенская церковь была переполнена телами умерших и в ней невозможно стало проводить Богослужения.

По свидетельствам очевидцев к нашему Спасо-Парголовскому храму свозились тела усопших, и число их было так велико, что они занимали территорию от ворот до озера… Моя соседка по дому рассказывала, как ей в числе других школьников рядом расположенной школы, приходилось перетаскивать тела умерших на приспособленных для этого листах фанеры.

Ленинградцы находили духовное укрепление и утешение в церкви. Все дни блокады богослужения проходили в переполненных храмах. В своем докладе на Соборе епископов Русской Православной Церкви в сентябре 1943 года митрополит Алексий отметил, что «в местах, близких к военным действиям, как например, в Ленинграде в особенности, усилилась молитва, умножились жертвы народа через храмы Божии, возвысился этот подвиг молитвенный и жертвенный».

Сам Владыка Алексий являл пример безграничной веры, мужества и милосердия. Вместе с младшей сестрой Анной Владимировной он жил на хорах Никольского Богоявленского собора. В дни блокады митрополит Алексий один, без диакона, служил Литургию иерейским чином, читая многочисленные записки о здравии и об упокоении. Как вспоминал протоиерей Николай Ломакин: «Владыка принимал всех посетителей, из личных средств оказывал нуждающимся материальную помощь, делился скудной пищей, немалым лишая себя. Желая укрепить и утешить свою паству, он нередко сам отпевал умерших от голода мирян».


Протоиерей Николай Ломакин

Невзирая на артобстрелы и бомбежки, митрополит Алексий пешком обходил все ленинградские храмы, беседовал с духовенством и мирянами. Служил он и в нашем Спасо - Парголовском храме. Во время одной из служб 13-ти летнему Косте - внуку блокадного регента нашего храма Федорова К.М, доверили держать посох Владыки Алексия. Вскоре после этого подросток стал иподиаконом, а потом старшим иподиаконом митрополита, сопровождая его во время Богослужений. По воспоминаниям К.К. Федорова, Владыка трогательно заботился о нем. Когда по служебной необходимости приходилось оставаться ночевать в покоях Владыки, митрополит Алексий уступал ему спальное место на диване и укрывал мальчика своим подрясником, в то время как сам укладывался спать на настил из досок.

Владыка Алексий постоянно совершал крестные ходы вокруг храма. Певчая Никольского собора М.Долгинская, служившая в войсках ПВО, вспоминала, как однажды во время бомбежки она побежала к собору, чтобы укрыться и увидела, что «вдруг из ворот вышли люди. Они двинулись вокруг храма гуськом, держась в темноте друг за друга. Впереди шел митрополит Алексий, подняв к небу икону «Знамение». Каждый вечер после Литургии он обходил с нею собор. Даже налет не остановил его». Каждый день Владыка Алексий служил молебны Спасителю Пресвятой Богородице и святителю Николаю.

В Пасхальном послании 1942 года митрополит Алексий писал: «Наш город находится в особенно трудных условиях, но мы твердо верим, что его хранит и сохранит Покров Матери Божией и небесное предстательство его покровителя святого Александра Невского». Пасхальные Богослужения в Ленинграде в 1942,1943 и 1944 годах совершались ранним утром. Горожане приносили для освящения кусочки блокадного хлеба. В первую блокадную пасху в ночь с 4 на 5 апреля 1942 года немецкая авиация совершила массированный налет на город. Особенно пострадал от многочисленных осколков авиационных снарядов Князь-Владимирский собор.

Во время одного из обстрелов в 1943 году в Никольский собор попали три снаряда, и осколки их попали в стену кабинета митрополита Алексия. Владыка показал один из осколков причту со словами: «Видите, и мимо меня пролетела смерть. Только, пожалуйста, не надо этот факт распространять. Вообще, об обстрелах надо меньше говорить… Скоро все кончится. Теперь недолго осталось». Этот осколок мы видели в музее Троице-Сергиевой лавры.

Во время блокады священнослужители, как и большинство жителей города, получали минимальное количество продуктов по продовольственным карточкам. Они были обессилены и истощены, но продолжали исполнять свой долг, понимая, как нуждается их паства в утешении и духовной поддержке. Старейшему блокадному священнику протоиерею Иоанну Горемыкину было более 70 лет, но он почти ежедневно добирался пешком до Димитриевского храма в Коломягах с Петроградской стороны. Прихожане вспоминали, как зимой обессиленного батюшку возили в храм на санках и о том, как он делился последним кусочком хлеба с голодающими мирянами. Упованием на Милосердие Божие и горячей молитвой отец Иоанн вселял надежду в малодушных и страждущих.

После начала эвакуации через Ладожское озеро по Дороге жизни, почти все служащее духовенство (за исключением двух священников) осталось в осажденном городе. Владыка Алексий только однажды (в июле 1943 года) на короткое время уехал из города, чтобы посетить Патриаршего Местоблюстителя митрополита Сергия, находившегося в эвакуации в Ульяновске. Православные верующие Ульяновска вспоминали, как митрополит Алексий удивлялся: «Боже, как вы все здесь много едите!»

Следуя примеру своих пастырей, прихожане Ленинградских храмов объединялись, чтобы помогать друг другу.

Несли свой подвиг и православные женщины, помогавшие выжить в нечеловеческих условиях, облегчавшие страдания умирающих. Молилась и помогала жителям блокадного города сестра митрополита Алексия - Анна Владимировна Погожева, принявшая после войны монашеский постриг с именем Евфросиния. Непрестанно молилась Спасителю и святителю Николаю об освобождении Ленинграда от блокады, утешала и ободряла горожан схимонахиня Мария (Маковкина). Под обстрелами и бомбежками, она пешком ходила на Смоленское кладбище, чтобы помолиться Ксении блаженной.

Вклад духовенства Ленинградской епархии Русской Православной Церкви в общенародное дело защиты Родины был оценен советской властью. В мае 1943 года в газете «Правда» было опубликовано благодарственное письмо Сталина. 12 священнослужителей были награждены в октябре 1943 года медалью «За оборону Ленинграда». А в 1944 году 10 из них были удостоены и второй правительственной награды – медали «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941-1945 г. г.». Среди награжденных - блокадный настоятель нашего храма протоиерей Александр Мошинский (умер в 1955 году, похоронен за алтарем храма) и блокадный настоятель Князь-Владимирского собора и настоятель нашего храма с 1958 по 1965 г. протоиерей Павел Тарасов (умер в 1971 году, похоронен у алтаря нашего храма).

С сентября 1941 до эвакуации в середине февраля 1942 года в нашем храме служил протоиерей Сергий Бычков. В 1947 году он принял монашеский постриг с именем Симеон. Епископ Лужский, ректор Ленинградских духовных академии и семинарии Симеон Бычков умер в 1952 году и похоронен у алтаря храма. Упокоены на Шуваловском кладбище рядом с нашим храмом блокадный регент Спасо-Парголовского храма Константин Федоров, умерший в 1977 году, и схимонахиня Мария (Маковкина), почившая в 1971 году.

После освобождения Ленинграда от блокады храмы были переполнены, прихожане с радостью слушали послание митрополита Алексия о том, что не напрасны были молитвы Церкви о победе над врагом и эта победа теперь одержана. Во всех храмах служились благодарственные молебны за дарованную Богом великую радость освобождения от немыслимых страданий. Ленинградцы поддержали призыв митрополита Алексия об общецерковном сборе средств для помощи семьям погибших воинов.

Сам митрополит Алексий передал принадлежавшую ему дачу под Ленинградом для устройства там детского дома для детей погибших защитников Родины.

После смерти Патриарха Сергия, последовавшей 15 мая 1944, Местоблюстителем Патриаршего Престола стал митрополит Алексий, а Ленинградскую кафедру возглавил архиепископ Псковский (с 1945 года митрополит Ленинградский) Григорий Чуков. Решением Поместного Собора от 2 февраля 1945 года митрополит Алексий был избран Патриархом Московским и всея Руси. Одной из первых, после интронизации, он посетил Ленинградскую епархию и возглавил Божественную Литургию в Богоявленском Никольском морском соборе. В своем слове Владыка вспомнил о том, как совершались Богослужения во время страшных дней, когда блокадные пастыри, испытывая тяжелые скорби, разделяли с ним труды. Переживший блокаду город он сравнил с евангельским Лазарем, восставшим из гроба, и призвал Божие благословение на город и братий сопастырей, разделивших с ним тяготы и скорби служения в блокадном городе.

Вознесем и мы наши сердечные молитвы за блокадных пастырей нашего города, воинов Христовых…

Упокой, Господи, души усопших рабов Твоих:

Святейшего Патриарха Алексия (Симанского),
Архиепископа Владимира (Кобеца) – Князь-Владимирские собор и церковь в п. Лисий Нос,
Епископа Симеона (Бычкова) – Спасо-Парголовская церковь,
Протопресвитера Алексия Абакумова – Спасо -Преображенский собор,
Протоиерея Александра Мошинского – Спасо-Парголовская церковь,
Протоиерея Владимира Дубровицкого – Никольский собор,
Протоиерея Гавриила Васильева – Серафимовская церковь,
Протоиерея Димитрия Георгиевского – Никольский собор,
Протоиерея Иоанна Горемыкина – церковь св.вмч. Димитрия Солунского,
Протоиерея Иоанна Громова – Спасо-Преображенский собор,
Протоиерея Михаила Славнитского – Князь-Владимирский собор, Большеохтинская Никольская церковь,
Протоиерея Михаила Смирнова церковь – св. Иова на Волковском кладбище,
Протоиерея Николая Измайлова – Никольский собор,
Протоиерея Николая Ломакина – Никольский и Князь-Владимирский соборы, Большеохтинская Никольская церковь,
Протоиерея Николая Селезнева – Никольский собор,
Протоиерея Павла Тарасова – Никольский и Князь-Владимирский соборы,
Протоиерея Павла Фруктовского – Спасо-Преображенский собор,
Протоиерея Петра Георгиевского Спасо-Преображенский собор,
Протоиерея Филофея Полякова – Князь-Владимирский собор,
Иерея Александра Советова – Свято-Троицкая церковь в Лесном,
Иерея Евгения Флоровского – церковь св. Иова на Волковском кладбище,
Иерея Николая Решеткина – Большеохтинская Никольская церковь,
Иерея Павла Михайловского – Свято-Троицкая церковь в Лесном,
Иерея Симеона Верзилова – Никольский собор, Протодиакона Льва Егоровского – Спасо-Преображенский собор,
Протодиакона Павла Маслова – Никольский собор,
Схимонани Марии (Маковкиной),
Монахини Евфросинии (Погожевой),
Инока Евлогия,
Регента Константина Федорова – Спасо-Парголовская церковь,
и всех служивших и молившихся в блокадных храмах нашего города.

Господи, прими милостиво в Царствие Твое отошедших к Тебе рабов Твоих, как послуживших Тебе верой и правдой, как воинов Твоих, ратоборствующих под знаменем Креста Твоего в страшные дни блокады и сотвори им вечную память…

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]