Анастасия Отрощенко

Почему в одной и той же семье кто-то из выросших детей остается в храме, а кто-то уходит? Одни родители, условия, методы воспитания, но результаты разные. Мамы взрослых детей делятся своими мыслями по этому поводу, но это – не рецепты, скорее информация к размышлению.

Вера

У меня несколько детей, все уже взрослые, все росли в одинаковых условиях. Один ребенок всегда оставался в церкви, еще двое отходили от храма, но вернулись, а одна дочь так и не ходит пока в храм. Не знаю, почему так произошло. Думаю, что все дети, все люди разные, и у каждого свой путь, которым он идет к Богу.

Думаю, что в православных семьях часто с подростками чересчур «закручивают гайки». Он хочет в воскресенье на футбол, а ему велят в храм идти, он хочет в субботу вечером в гости, а его не пускают. Помню, один мой ребенок учился в 8 классе, и у них все собрались на Максидром ехать. А я его не пускала, потому что иначе он храм пропустил бы. Как он разъярился! Бил посуду, орал, а потом все равно поехал туда, потому что там были все его друзья, и он не мог не поехать и показаться маменьким сынком. Духовник меня потом ругал: «Зачем же вы довели до такого?» Значит где-то мне надо было ослабить, не ставить вопрос ребром: «жизнь или смерть», не доводить до кровавых жертв.

Не факт, что тот ребенок, который никуда не уходил, крепче в вере, чем тот, который отошел и вернулся. Дочь, которая не ходит в храм, думаю, что все равно вернется, но ей, наверное, нужны для этого какие-то особые испытания. Причем не обязательно страшные истории или трагедии, а именно испытания веры, когда она вновь вспомнит о Боге.

Как-то мой духовник, которому я жаловалась, что кто-то из детей не ходит в храм, сказал: «Невольник – не богомольник». Я поняла, что заставлять ни в коем случае нельзя. Можно лишь молиться и верить.

Надежда

Все мои дети росли одинаково, вместе мы ходили в храм на одни и те же службы, к одному духовнику, но все дети имели индивидуальные характеры. Один не походит на другого, каждый со своим внутренним миром и со своими взглядами. Старшая дочь считает, что главное – иметь крепкую семью, много детей, растить их в вере, в поле христианской культуры.

Второй ребенок в силу жизненных обстоятельств отошел от веры. Он очень увлекся учебой в институте и многочисленными «светскими» предложениями – спорт, музыка, он играет в группе, выступает. Большая часть его окружения – неверующие люди, трудно, находясь среди них по 15-16 часов в день, поддерживать огонек веры. Иногда он заходит в храм, но не потому, что имеет такую потребность, а в память о том прошлом, которое было. Но я уверена, что в глубине души он знает, как надо поступать, я вижу, что его лампадочка теплится, думаю, что он когда-нибудь придет обратно.

Можно ли было что-то изменить, когда я их воспитывала? Наверное, каждому надо было уделить больше времени, хотя я много занималась ими, но все как-то в общем. А надо было с каждым говорить, каждого выслушивать, каждого пытаться понять «в деталях». Я следила за тем, как они учатся, что едят, не напиваются ли, не курят. Вроде бы все шло внешне хорошо, и мне не приходило в голову «заниматься мелочами». А это было самым главным.

Но то, что было заложено в детстве, никуда не уйдет. Я помню, в то время, когда дети были маленькими, мы в начале каждого поста заводили коробочки, и все конфеты, которые им дарили, они туда складывали. Когда пост кончался, эти коробки с накопленными конфетами открывались, тогда мы жили очень скромно, изобилия никакого не было, и вот такая полная коробка конфет – была большой радостью. Конечно это – не церковная жизнь. Но такие моменты радости важно вспоминать, это тоже дает надежду на возвращение.

Любовь

Мой сын почти не ходит в храм, хотя учился в православной школе и все знает о жизни в Церкви. Наверное, важно, что он, не ходя в храм, видит, как меня это расстраивает. Поэтому иногда, скорее, чтобы меня порадовать, он идет со мной на службу. Так было и на минувшей Страстной Седмице. Я попросила его выбрать ту службу, на которую мы сможем сходить вместе. Единственный вечер, который у него был свободен, приходился на Страстной Четверг. Он пришел и выстоял всю утреню, на которой читаются 12 отрывков из Евангелия, хотя ему было нелегко.

Что я могла бы изменить, окажись он снова маленьким? Я должна была бы уделить ему больше внимания. Тогда было много работы, мне надо было его поставить на ноги, в этом я видела свою задачу – дать образование, чтобы он получил какую-то базу, мне надо было зарабатывать деньги. Что-то в его воспитании я упустила, хотя всегда я старалась соблюдать внешнюю канву – мы постились, я всегда объясняла, как пост какой-то период церковной жизни обозначает, к какому празднику ведет. В воскресенье обязательно ходили на службы.

Важно, конечно, что, когда он приходит в храм и его видит духовник, он обязательно говорит ему какие-нибудь теплые ласковые слова: «Какой ты молодец, пришел на службу!» Сын понимает, что в храме ему рады. Он чувствует атмосферу любви.

Свобода

У меня трое сыновей. Один ребенок, который с рождения был крещен и, можно сказать вырос в храме, никогда никуда не уходил. Но жил как будто параллельно. Не то, чтобы он сопротивлялся или не хотел жить духовной жизнью, но как-то до настоящей жизни в церкви у него «не доходили руки» - то одно, то другое. То из института выгоняют, то на работу не может устроиться, то дети болеют, то деньги надо зарабатывать. Многие сейчас так живут – и с работой тяжело, и с семьей, все время в какой-то борьбе. А когда совсем его прижало, понял, что от него-то самого ничего не зависит, вспомнил, о чем ему с детства говорили, и в храм побежал.

Второй сын уходил и из храма, и из семьи. Ему нравилась девушка, он решил с ней вместе пожить. Конечно, я была против этого, но я не могла ему запретить. Я знала, что он уходит в грех, и сказала ему это, сказала, что он не будет счастлив, но я никогда его не прогоняла, я боялась потерять его как сына. Через какое-то время он вернулся и домой, и в храм. Всегда надо давать человеку возможность вернуться.

А третий все время был в храме, на каждой службе. И в хоре хорошо пел, и в алтаре даже в детстве помогал, и друзья вроде бы из храма, а когда я смотрю на него – горения у него нет. Он и не оступался, и не отходил, а вырос какой-то холодный. Такой характер, наверное. Каждый ведь сделан из своего материала – кто-то из глины, кто-то из камня. Господь каждого по-своему зовет.

Думаю, тут важно понимать, что ты не собственник своих детей. Надо почувствовать другую любовь, когда ты не можешь делать с детьми, что хочешь. Ты не имеешь на них прав, ты их должен воспитать, но они свободны в своем выборе. Думаю, что эту свободу им можно предоставить лет с 15-16, о детях до этого возраста речь не идет. Но в любом возрасте, когда растишь детей, важно любить их не как свою собственность, а как свободных людей.
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]